Чуть надавив, Синдзи протолкнул пенис еще глубже, пока не ощутил перекатывающуюся массу кишечника вокруг ствола и давление повисшей матки сверху, а затем начал плавное движение взад и вперед. Скольжение, даже несмотря на сковавшие мышцы брюшной полости, происходило гладко, почти без сопротивления, однако кишки совершенно не оказывали никакого воздействия, лишь барахтались от его проникающих толчков, сминаясь и извиваясь вокруг ствола, а единственную стимуляцию оказывал лишь сомкнувшийся апоневроз, отчего возникало приятное натяжение резинки презерватива и оттого тугое трение вдоль головки. Через пару минут дырочка на пупке приобрела ширину пениса в диаметре, разрез на сухожилиях между мышцами окончательно ослаб, и скольжение в брюхе Мари сделалось легким и быстрым, что позволило вбивать член до основания и ударяться о ее перегруженную слизью и червями матку. Сама девушка, впрочем, уже перестала даже стонать, булькая через горло, откуда вместе с пеной начали вытекать остатки содержимого желудка, а сознание ее почти оборвалось, оставшись лишь крошечным измученно трепещущим огоньком в померкших закатившихся глазах.
И тогда Синдзи, учащенно задышавший от ставшими неожиданно приятными ощущений, что дарило ему горячее и восхитительно мягкое барахтающееся содержимое чрева, положил обе руки на основание живота Мари, с усилием утопил в него пальцы, отчего размякшая кожица ушла глубоко внутрь брюха, нащупал сквозь нее и слой мышц собственный член и, крепко его сцепив, начал помогать себе стимуляцией — прямо через плоть. Практически мастурбируя обеими руками, он тер о свой пенис сомкнувшуюся из-за его крепкой хватки шкурку чрева, сжимал вокруг него плотные мышцы вконец ослабшего живота, скользя сквозь комок кишечника, а девушка лишь скрипуче хрипела и захлебывалась от изнеможенного стона. И вот голову уже начало затмевать искрящееся марево, а по телу заиграли всполохи приятных покалываний, наполняя пьянящим наслаждением, и руки Синдзи сами задвигались резче, стремясь как можно быстрее достичь сладостной кульминации. И тут член, неожиданно разойдясь восхитительной волной наслаждения, дернулся чрезмерно сильно, тело отозвалось вспышкой экстаза, и в презерватив в тот же миг выстрелила густая струя спермы, наполнив его жидкостью, что медленно начала расплываться вдоль ствола горячей массой.
Выдохнувший и шатнувшийся Синдзи замер, прекратив движение в брюхе хрипнувшей Мари, опустил руки и медленно вынул пенис, презерватив на котором, наполненный спермой, покрылся тонким слоем крови. Качаясь от померкшего в удовольствии взгляда, он опустился на колени, взглянув на изувеченный живот девушки, где в центре вместо пупка зияла темно-багровая дыра, а затем, собравшись с силами, заставил себя подняться и вернуть стол в первоначальное положение. Лицо Мари, красное от слез и напряжения, уже не выражало ничего осмысленного, сохранив маску ужаса и возбужденного шока в пустых глазах, и тогда Синдзи стянул с себя презерватив, поднес его ко рту девушки и медленно вылил в него все содержимое до последней капли.
— Вот, попей, станет легче.
Густая вязкая сперма неспешно потянулась в горло девушки, заставив ту непроизвольно начать глотательные движения и непроизвольно вернуться из омута сокрушенного небытия. Хоть мышление Мари еще не восстановилось до конца, осознанность постепенно начала к ней возвращаться по мере того, как кровь отливала от головы, возвращая лицу бледность, а взгляду — мутную надломленную подавленность и исступленную истощенность от возбуждения. Машинально проглотив семя, девушка перевела на Синдзи слабый взгляд, что-то беззвучно сказав влажными от спермы и пены губами, однако тот нежно приложил к ним палец и ласково прошептал.
— Экономь силы, сладенькая. Они тебе еще понадобятся — мы приступаем к главному.
С этими словами он выпрямился, откинув в сторону презерватив, остановил свой взгляд на конвульсивно подергивающемся проткнутом животике девушки, где в дыре на пупке даже можно было разглядеть шевелящуюся от учащенного тяжелого дыхания темно-красную плоть чрева, а затем начал бережно гладить кожу вокруг, разминая ее круговыми движениями.
Внизу зашумела закипающая от нагревателя вода в ведре, и на ее поверхности с заигравшим в легком танце паром появились первые пузырьки. Синдзи, уменьшая амплитуду и делая нажим пальцев все сильнее, приблизил руку к отверстию в животе, под жалостный писк Мари ввел в рану сразу несколько пальцев, а потом вдруг мощным движением погрузил вглубь всю ладонь, заведя ее под слой мышечной ткани через кишечник прямо к матке. Пальцы сразу же ощутили опасное напряжение чрева, кажется, уже готового лопнуть от переполняющих его паразитов, однако они скользнули чуть в сторону, вдоль гладкой эластичной и обжигающе горячей плоти, утопая в кашице крови и сухожилий, поддерживающих внутренние органы.
