Оставив девушку в покое, Синдзи поднял с пола вакуумную помпу с прозрачной колбой и электромотором для высасывания воздуха. Прибор, судя по его виду, походил на те, что кичливо рекламировались на сомнительных сайтах и в спам-сообщениях, предлагающих с помощью насоса увеличить пенис. Разумеется, отсутствие практической пользы от такого устройства было очевидно любому, у кого сохранялись хотя бы остатки здравого ума, да и само по себе оно уже скатилось не более чем в глупую шутку. Впрочем, насколько показала проверка, аппарат работал исправно и даже высасывал воздух из трубки до полного вакуума, чем-то напоминая пылесос или пневматическую вытяжку. Похоже, что Мари купила его забавы ради или, в крайнем случае, для эротической стимуляции своих грудей или даже мужских пенисов — давление как раз образовывалось весьма ощутимое и волей-неволей укрепляло эрекцию, заставляя член наливаться кровью.
Однако укреплять и уж тем более увеличивать свой орган Синдзи не собирался. Вместо этого, подключив устройство к сети, он в несколько прогудевших с шумом затяжек проверил механизм, удостоверившись, что колба исправно всасывала кожу на руке, а затем вернулся к девушке и, оттянув одну сторону половых губ, словно кожицу кальмара, до зияющей дыры влагалища, пропихнул широкую толстую трубку в дырочку. Даже несмотря на толщину проникшего объекта, плоть не оказала никакого сопротивления, свободно пропустив колбу прямо в вязкую массу слизи и лишь слегка натянув ставшей почти прозрачной кожицу лона. Длина трубки достигала внушительных тридцати сантиметров, что позволило ей свободно раздвинуть стенки, проникнуть до дна влагалища, наполнившись мутной полупрозрачной жижей лишь наполовину, и упереться в выпятившуюся шейку матки. Мари подала признаки жизни, издав дрогнувший в истощении стон, пропитанный мольбой о прекращении этой кошмарной пытки, но Синдзи, лишь добродушно улыбнувшись и поплотнее придавив край колбы к плоти, включил насос, и тут же стеклянную трубку с шипяще-булькающим звуком словно втянуло внутрь влагалища, и его полость наполнила обильная порция густой слизи вперемешку с копошащимися червями.
— Мха-а-а… ха-а-а… ха… — надсадно, давясь от обессиленного плача, протянула сокрушенно скривившая лицо девушка, и живот ее на несколько секунд чуть втянулся вглубь, из рыхлого, но еще ровного сделавшись впалым.
Однако Синдзи успел отключить насос, пока колбу не переполнила слизь, вытащил ее из влагалища и выплеснул содержимое на пол, стараясь не глядеть, как в вязкой клейкой массе запрыгали и забарахтались прозрачные паразиты. Повторив процедуру, он еще несколько раз вычистил матку Мари от червей, с каждой попыткой задерживая насос включенным все дольше и следя, как опасно втягивались внутренние органы под гладью ее живота, образовывая сначала небольшую, но потом все больше вырастающую воронку на коже. И каждая процедура сопровождалась тяжелым вымученным стоном девушки, невыносимо извивающейся на столе и бьющейся от судорог из последних сил.
— Нет… — промямлила она после очередной попытки, утопая от слез на красном лице. — Не надо больше… Хватит… пожалуйста…
Но Синдзи ее не слушал и вновь включал насос, пока, наконец, не превратил влагалище девушки в размятую губку с куском мяса в основании, но почти без червей. А затем, удовлетворенно хмыкнув, подытожил:
— Ну вот, большая часть вышла. Остались лишь самые проворные, но это меньшая из бед. Твоя плоть пропиталась слизью и, если ее не вывести, скоро растворится вместе со всем животом. Я это исправлю, но… В общем, что бы ни случилось, просто держись.
Подбодрив вымученно и с ужасом взглянувшую на него девушку легкой улыбкой, Синдзи подтащил к центру комнаты стул с высокой спинкой, взял столешницу за изголовье и, перевернув, опустил на него. Тело Мари оказалось подвешенным над полом на привязях под небольшим углом животом вниз, ногами едва не касаясь земли. Взяв полотенце, Синдзи пододвинул к ее бедрам ведро с все еще кипящей водой, обдав кожу горячим паром, а затем взял колбу, вновь протиснул его во влагалище и включил насос. Только на этот раз он не отключал мотор ни через десять секунд, ни через минуту и не стал останавливаться, даже когда Мари громко со стоном выдохнула и с ужасающей гримасой на лице натужно закричала. Животик ее вмялся внутрь, бугорок лобка осунулся, словно исхудав за считанные минуты, кожица вдруг осела, образовав широкую ямочку почти во всю гладь живота, и тогда Синдзи, крепко ухватившись за окончание гудящей и запотевшей трубки, с силой потянул ее назад.
— ЙИ-А-А-А-А!!! — вдруг заревела девушка, выпучив глаза, и внутри ее чрева раздался сочный хлюп с легким треском, живот вдруг резко вмялся, будто в его центре образовалась пустота, и из влагалища, выворачивая его ярко-красные опухшие стенки наизнанку, показалось наполовину всосавшаяся в помпу темно-багровая матка.
