Скрывшаяся за взрывами вершина холма исторгла столб черного дыма, и в воздухе уже замелькали первые снаряды зенитных установок, однако Синдзи был далеко впереди. Словно сбросив удерживающие его оковы, он с неимоверной скоростью летел по воздуху, отскакивая от невидимых площадок, как пантера от веток деревьев, легко, играючи обходя взмывшие за ним трассирующие дорожки зенитных орудий и жалкие выстрелы пулеметных башен бронемашин. Чувствуя небывалое воодушевление, восторг, настоящее торжество от осознания собственной свободы, Синдзи без труда перемахнул через кольцо техники и, словно в танце, резким выпадом развернувшегося барьера сшиб неотрывно следующую за ним вереницу зенитных ракет. Сквозь расцветшую в воздухе череду огненных роз мелькнули снаряды ракетно-залпового огня, и из-за закрутившейся спиралью дымки показались поднявшиеся в воздух вертолеты.
— Вы там, что ли, все самоубийцы?
Новая стена АТ-поля защитила его от роя визжащих ракет, однако вторая волна совсем с другой стороны объяла Синдзи огненной вспышкой вместе с грохотом разорвавшихся снарядов. Воздух вместо приятного горного ветерка заполнил смрад гари и копоти, и за черным маревом тот не смог вовремя различить со свистом нагнавший его авиационный снаряд, разорвавшийся красивым зонтиком из серого облака капель. А затем небо вдруг вспыхнуло чудовищным по своей мощи оранжевым шаром, сорвавшим Синдзи с места, закрутившим в бешеном вихре, а затем всосавшим внутрь черно-красного смерча. Пламенный шар превратил воздух в одну гремящую воронку с крошечным солнцем в его центре, и воздух над равниной затрясся от рокота пожирающего все вокруг себя огня, медленно оседающего к земле.
Но тут шар задрожал, затрещал, словно попавшая в кипящее масло вода, и лопнул под развернувшейся волной прозрачного гигантского купола из серии наложенных друг на друга шестиугольников. В центре его Синдзи, тяжело дышащий и шатающийся от невыносимого гула в голове и застывшей вспышки перед глазами, вскинул руки в стороны и закричал, что было мочи. И пленка опутавшего его барьера буквально выстрелила во все стороны, мгновенно развеяв пламя вокруг вместе с черной дымкой и достигнув зависших на значительном расстоянии вертолетов. Машины, ощутимо качнувшись и едва не завалившись на бок, каким-то чудом выпрямились и поспешили отлететь подальше, на прощание огрызнувшись залпом ракет, что ухнули о вторую волну барьера.
— Вот черти-то. Сами жить не хотят и другим не дают, — прошипел Синдзи, чувствуя, как его тело восстанавливается после купания в облаке тысячеградусной плазмы, что оказалось не самым приятным ощущением в его жизни даже под защитой непробиваемого барьера.
Источник удара обнаружился благодаря шуму авиационных двигателей — истребители, сделав виток, заходили на второй круг. Поддержку им оказали проснувшиеся зенитные комплексы с земли, выпустив в воздух рой самонаводящихся ракет.
— О да, эти малые покоя не дадут. Жаль прерывать вашу увлекательную гулянку, но у меня еще полно дел.
И, метнувшись на огромной скорости в сторону, Синдзи рывком взмыл вверх, оттолкнувшись от земли АТ-полем, словно крыльями, и помчался на восток, к горам. Попавшиеся ему по ходу движения зенитные установки опрокинулись в стороны, даже не успев сделать ни одного выстрела, а поспешившие вслед истребители дружно впали в штопор, наткнувшись на резко затормозившего и стрельнувшего скрученной воронкой волной АТ-поля. Теперь двигаясь чуть ли не с околозвуковой скоростью, Синдзи летел по воздуху, подталкивая себя оплетшим его барьером, словно рыба речном течении воды.
Канонада выстрелов затихла далеко за спиной, и в ушах остался лишь свист проносящегося ветра, когда где-то на горизонте, за отрогами горной гряды мелькнула стая черных точек. Огромные самолеты в форме летающего крыла на секунду выплыли из-за высоких облаков и тут же скрылись за белой дымкой. Неприятное предчувствие возникло на душе у Синдзи, когда он перелетел через хребет и завис над огромной долиной с протекающей в ее ложе рекой Сагами. На противоположной стороне виднелся новый хребет, за которым, сливаясь с небом, белел едва различимый купол горы Фудзи. Несмотря на разделяющую их сотню километров, Токио-3 отсюда представлялся Синдзи совсем близким и достижимым, ведь с его скоростью движения он сможет добраться до злосчастного города всего за четверть часа. Сагами, Фудзиномия, Фудзияма, Готемба и Хаконе — ему казалось, что он мог преодолеть оставшееся расстояние в четыре прыжка.
