— Рей… — прошептал Синдзи, тут же подавившись от противного ощущения перегретого воздуха вокруг. — Рей, это я! Ты помнишь меня?
«Боюсь, это бесполезно. Ее уже нельзя назвать ни человеком, ни Ангелом».
Синдзи со сжавшимся сердцем смотрел в эти ничего не выражающие кроваво-красные глаза, пытаясь обнаружить в них хотя бы зацепку на тот чувственный и живой взгляд голубовласки, которым она одаривала его в последние мгновения жизни. Он мысленно звал ее, повторял имя раз за разом, пытался пробиться сквозь завесу невосприимчивости, но с каждым разом лишь глубже вязнул в ужасающе холодном взгляде гиганта.
— Черт… этого не должно было быть. Проклятье!
«Синдзи-кун, надо бежать. Мы в большой опасности».
Чувствуя невыносимую тяжесть в груди и сожаление от собственной беспомощности, которую не смогла преодолеть даже его новая сила, он заставил себя оставить мысли о Рей и сосредоточиться на побеге.
— Да… наверное… Пока еще не время.
И, собравшись уже со всей скоростью, на которую он был способен, сорваться с места в сторону восточного хребта, как вдруг воздух с треском разряженного воздуха рассекла белая фигура, и прямо на его пути будто из ниоткуда возникла Лилит. Красные глаза ее вонзились прямо в Синдзи, а на лице расплылась жуткая нечеловеческая улыбка буквально во все лицо.
— Мать вашу… — ошарашенно выдохнул Синдзи. Гигант двигался слишком быстро, чтобы пытаться от него убежать, он теперь в этом не сомневался. Противостоять существу, отклонившему удар, по силе равный ядерному, — тоже было пустым делом.
— И все же она развернула АТ-поле… Когда я был на краю…
Высоко в небе послышался шум самолетных двигателей. Крошечные парящие точки, что ранее маячили на горизонте, теперь двигались черной стаей одинаковых бомбардировщиков. Однако под ними мелькнули несколько неясных силуэтов, слабо различимых на фоне неба. Лилит заинтересованно подняла голову вверх.
«В сторону! Прыгай, скорее!»
Даже не успев осознать команду Каору, Синдзи машинальной рванул от белой фигуры, ударив собственным АТ-полем воздух перед собой и с хлопком отлетев далеко назад, и тут вдруг с неба парящими коршунами спикировали семь громадин, похожих на Евангелионы махин — с человекоподобным корпусом, руками и ногами — только белых, если не считать вкрапления черных полос между пластинами брони, и снабженных огромными птичьими крыльями, с помощью которых они парили по воздуху. Но главным их отличием являлись живые морды, состоящие из одних губастых пастей с рядом белоснежных зубов, отчего те создавали жуткое и отвратительное впечатление извращенных чьим-то больным сознанием монстров.
Несущийся в сторону Синдзи смог их разглядеть лишь краем глаза до того момента, как твари в полете сложили крылья, занесли удерживаемое в руках оружие в форме копий, а затем обрушились на Лилит всей группой, моментально пригвоздив ее тушу к земле и голодными хищниками накинувшись со всех сторон.
«Бежим! Быстрее, бежим как можно дальше!»
Повторять дважды Синдзи было не нужно. Обогнув прибитую к земле фигуру Рей, взвывшую странным протяжным голосом, похожим на крик кита, он переметнулся через реку и помчался к срезанной взрывом горной гряде. Позади него раздался утробный рев и сочный треск разрываемой плоти, и краем глаза оглянувшемуся Синдзи открылась страшная картина: монстры буквально потрошили тело Лилит, раздирая его лапищами и зубами, словно обезумившие животные, а та лишь жалобно тянула к небу растрепанные руки со свисающими с них кусками содранной белоснежной кожи и ярко-красной, необычайно чистой плоти. Сквозь мельтешащие тела тварей показалось ее лицо — пробитое копьем в глазницу и почти превращенное в кашу, оно единственным глазом с тоской смотрела вслед удаляющемуся Синдзи, что-то пытаясь вымолвить своими изувеченными губами.
— Господи, что это было? — произнес он, когда они уже перемахнули через склон и оказались на подходе к очередной долине у подножия Фудзи.
«Ваша замена — серийные Евангелионы от плоти Адама, несущие на себе плод вечной жизни. К счастью, они используют мой слепок сознания, так что нам вреда не причинили бы. Также они смогли бы стать семенем для твоего истинного тела, но рисковать и вступать в битву с Лилит мы не можем».
— Они… убьют ее?
«Нет, против мощи первоангела у них нет ни единого шанса. Они лишь задержат Лилит на короткое время, и это единственная возможность для нас опередить ее и слиться с телом Адама. Тогда мы станем наравне».
— Ясно… Значит, с ней ничего не случится.
«Мне кажется, или ты сказал это с некоторым облегчением?»
— Похоже на то. Я предпочел бы заняться ею сам.
