В караул в Афипскую собирались как на дачу. Полтора дня оттяга вдали от командования на природе. Нет, там также всё было по-серьёзному. Периметр в несколько километров охранялся круглосуточно согласно уставу караульной службы в его классическом применении. Два рожка с боевыми патронами и чёткие инструкции на случай угрозы нападения на объект или часового от устного предупреждения, предупредительного выстрела и огня на поражение. Слава Богу, ситуаций, требующих палить из Калашникова, в караулах, в которых Андрюха был разводящим, не происходило, но в целом такое на данном объекте случалось. В те времена как-то не особо остро стоял вопрос о психологической стороне дела. Больше страха вбивалось в голову по недопущению проникновения на объект и неприменению оружия на поражение, чем по поводу побочных эффектов после такого применения.
При всех этих нюансах предстоящий караул грел душу за несколько дней до него. Андрюхе ни разу не пришлось быть часовым и стоять на посту в одиночку в километрах от караулки. Но и никто из курсантов особо на такую участь не жаловался. По крайней мере в тёплое время года. Сержанты были разводящими или помначкара. Разводящему суеты было больше. Раз в два часа нужно разбудить очередную смену, построить, проверить, проконтролировать получение оружия и патронов, подвести к специальному месту для заряжания оружия, проконтролировать процесс заряжания, зарядить самому. Как ни отрабатывались до автоматизма все действия, в пулеулавливателе места для заряжания всегда красовалось несколько дыр. Иногда сонные часовые всё-таки тупили. Потом несколько километров по периметру, смена постов с чётким соблюдением процедуры до каждого слова, возврат в караулку, контроль разряжания, сдача оружия и патронов, час отдыха. И так сутки.
В караул затаривались вкусным хавчиком со сгущёнкой и кофеем. Ефим даже находил время спеть. Андрюха временами явно перебирал с выполнением своих обязанностей. Как-то сразу было забито в голове, что не должно быть пустой болтовни никогда, а если о чём-то заявлено, то оно должно быть сделано. Он и сам не знал, с каких пор в башке было заложено полное неприятие лицемерия и пошлости во всех их проявлениях. По поводу первого побочным эффектом и было маниакальное исполнение того, что заявлено, а любые отклонения от поставленных в большинстве случаев дальше по жизни самому себе планов и задач срывали минимум в депрессию. И от этой фобии он не сможет потом избавиться всю свою жизнь, так и не найдя у кого занять пофигизма.
Как-то от этого в карауле пострадало личное имущество Ефима. Так получилось, что при приёме караула упустили неисправность связи с одним из постов. Устройства связи были допотопными и в удручающем состоянии. Но по этому поводу особо никто не комплексовал. Общепринятым было отношение, что если что-то серьёзное, то услышим и так. Но неисправное переговорное устройство, естественно, не могло оставить в покое разводящего, призванием которого было чинить всё, на что хватало времени. И в процессе восстановления связи Андрюха обнаружил, что ему для решения этой задачи государственной важности нужен дополнительный метр проводов, и желательно с вилкой.
Восприняв буквально лозунг «раньше думай о Родине, а потом о себе», Андрюха даже не сомневался, что все остальные думают ровно так же и с радостью пожертвуют личным ради общественного. В ход пошёл Ефимов кипятильник. Связь была восстановлена. Но образ Ефима после возвращения с поста в полном ступоре и с обнаруженным с откусанным проводом кипятильником в руках останется в голове Андрюхи на долгие годы. Этот абсолютно недоумевающий и ошалелый взгляд, вопрошающий, как человек в здравом уме мог пойти на это, и бесконечное повторение: «Кипятильник!.. Провод!.. Откусил!.. Безумие!..» Прости, Ефим! Я всё осознал!
Под проверяющих также приходилось попадать. Как-то посреди ночи проверяющий майор приказал сопроводить его для проверки постов. Один ближний пост прошли успешно. Часовой добросовестно отработал весь регламент. А вот при подходе ко второму дальнему посту зоркий глаз разводящего увидел огонёк сигареты. Спонтанное решение пришло сразу в голову. Объявив проверяющему, что часовой в данный момент находится на другой стороне участка периметра, Андрюха предложил пойти обратно в обход. Что оставалось делать проверяющему, слабо представляющему схему постов, хотя должен был? И Андрюха, вспомнив опыт Сусанина, повёл всех в обход, надеясь быстрым шагом уложиться в полчаса.
Проверяющий сдался через 20 минут полубега и приказал вести его в караулку. Неизвестно, что он написал в отчёте, но, наверное, это было меньшее из зол. Не желая никого подставлять, – да и кому можно было что доказать, если огонёк сигареты заметил только он? – пришлось Андрюхе взять на себя дополнительную порцию характеристики в стиле «долбанутый бабковец». Да всякие были нюансы. Но природа Афипки, особенно в осеннем золоте и сиянии солнца, списывала всё. А главное, рядом не было ни Бабкова, ни Придатко, ни Гольтяева.
