Однажды Мюрвет была дома одна. Мать, взяв Леман, пошла навестить дядю. В тот день почтальон принес письмо в потрепанном конверте. Оно было на имя Сеита и отправлено по старому адресу в Бейоглу, но все-таки нашло своего адресата. Мюрвет очень удивилась, прочитав надпись на марках: «France». Она сразу почувствовала, от кого письмо. Приступ ревности охватил ее. Первое, что пришло ей на ум, – сжечь письмо. Но в то же время она захотела узнать содержимое письма. В ней смешались любопытство и ревность. Приняв наконец решение после долгой борьбы с собой, она оставила письмо на трюмо у зеркала в спальне. День тянулся медленно, все мысли Мюрвет были заняты письмом. Часто, заходя в спальню, она бросала взгляд на конверт. Ревность терзала ее сердце. Перед ее глазами возникал образ женщины, к которой она всегда ревновала Сеита. Волосы пшеничного цвета, зелено-голубые глаза: высокая, статная Шура стояла в комнате перед ней. Мюрвет едва сдерживалась, чтобы не расплакаться. Через какое-то время она задернула шторы и легла в кровать. Она постаралась уснуть, но не вышло. В голове звенело. Она еще раз подумала о том, что муж может оставить ее с двумя детьми и уйти. Когда голос кукушки в часах сообщил о том, что приближается вечер, она мгновенно вскочила с кровати. Она не хотела встречать Сеита в таком виде. Мюрвет посмотрелась в зеркало и придала волосам опрятный вид. У нее еще была возможность уничтожить письмо, но она хотела знать, что написала в письме Шура. Пришел Сеит.
Мюрвет встретила мужа натянутой улыбкой.
– Добро пожаловать, Сеит!
Сеит погладил ее по щеке.
– Спасибо! Как ты? Чем сегодня занималась?
– Я хорошо, слава Аллаху, чем мне еще заниматься? Мама забрала Леман и ушла к дядюшке.
– А ты почему не пошла?
– Мне уже тяжело. Они к тому же останутся там на ночь.
– Ты уверена, что все хорошо? Ты очень странная. Мама тебе что-то сказала или Леман что-то натворила?
– Нет, дорогой, поверь, ничего не произошло.
Сеит взял халат и направился в ванную. Искупавшись, он зашел на кухню. Он начал открывать пакеты еды, которую захватил по дороге домой. Мюрвет забрала у мужа нож, которым он собрался нарезать колбасу.
– Иди оденься. Я сама приготовлю закуску.
Мужчина, не придавший значения нетерпению жены, не настаивал.
– Ладно, если у тебя нет других дел, то приготовь. Если хочешь, то налей и себе стаканчик, выпьем вместе перед едой.
– Нет, Сеит, я не буду пить.
Мюрвет хотела, чтобы муж как можно скорее увидел письмо, прочитал его и эта пытка для нее закончилась.
В тот момент, когда Сеит протянул руку к лосьону для бритья, стоявшему на трюмо, он заметил конверт.
– Мюрвет, когда пришло это письмо?
Мюрвет нареза́ла хлеб. Она порезала большой палец, но не почувствовала этого. От волнения у нее перехватило дыхание.
– Мурка, ты здесь, дорогая моя? Я спросил, когда пришло письмо?
Мюрвет едва совладала с дрожанием в голосе.
– Утром.
– Хорошо, посмотрим.
Сеит с письмом в руках вошел на кухню. Теперь он понял странность в поведении жены. Он сел рядом с ней. Взяв стакан со стола, он сделал глоток ракы. Закусил кусочком колбасы. Затем с тем же беззаботным выражением показал жене открытое письмо:
– От Шуры. Сделай глоточек ракы, хорошо идет.
Мюрвет пробормотала:
– Мне хорошо не идет.
– Сделай глоток и расслабься. Шура вышла замуж за того мужчину, о котором я тебе рассказывал. Живет в Париже. У нее нет детей.
Затем прочитал:
– «…Сеит, это мое первое и последнее письмо тебе. Я очень больна. Я хотела бы видеть тебя в последний раз. Шура».
Мюрвет внезапно охватила горечь. Она жалела бедную женщину, которая умирала вдали от своей родины и мужчины, ради которого покинула страну. Она повернулась к мужу, который складывал письмо:
– Поезжай, повидай ее.
Она и сама удивилась, почему сказала это.
– Если я поеду, то останусь там, – сказал Сеит. – Ты этого хочешь?
– Я, конечно, не хочу, чтобы ты там остался, но поезжай и проведай ее.
– Нет, Мурка. Письмо отправлено четыре месяца назад. Кто знает, что произошло, пока оно добиралось до нас. Если я уеду отсюда, то покину тебя – единственного человека, который связывает меня с этим местом… я могу больше не вернуться.
Ты хочешь, чтобы я уехал?
– Нет, Сеит. Я не настолько сильна, как она. Я не вынесу, если ты меня покинешь.
Затем вытерев слезы, она продолжила:
– Я очень огорчена новостями. Я уверена, она очень тебя любила.
Сеит зарылся в ее волосы и нежно поцеловал.
– Маленькая моя жена с огромным сердцем! Я люблю тебя!
Его слова были в высшей степени искренними.
На этот раз он сам, своим собственным решением удерживался от путешествия, которое продлило бы жизнь Шуры. Ночью, после того как жена заснула,
он перечитал письмо несколько раз. Водя пальцами по буквам, он словно дотрагивался до любимой, которую никогда не мог забыть. Он вздрогнул, подумав о том, что лист бумаги был в руках Шуры четыре месяца назад. Он не мог ее забыть. И Шура тоже не забыла его.
