– И я могу даже поделиться им с кем-то…
– Убери от нее свои грязные клыки, кровосос, – потусторонний голос Мейв зазвенел, как сталь, а сама она появилась прямо за плечом Майкла. Вампир закатил глаза и нехотя поднялся.
– Мисс, я уважаю ваше положение и прогонять не собираюсь, но не могли бы вы прекратить появляться тогда, когда это вовсе не нужно? – раздраженно отчеканил он.
– Это моя прямая обязанность, – отмахнулась Мейв и взглянула на Мэллори. – Не бойся, девочка моя, я не дам этому похотливому кровососу даже клыки показать в твоем присутствии. Невиданное бесстыдство. В мои времена вампиры вели себя куда более сдержано.
– Похотливому?! – возмутился Майкл. – В ваши времена?!
– Когда-то этот замок принадлежал не семье Лонгфордов, а нашему ковену – величайшему шабашу ведьм в мире! – с ноткой восторга проговорила Мейв и провела руками по воздуху, будто пытаясь сотворить какое-то волшебство.
Мэллори с интересом наблюдала за призраком ведьмы, расхаживающим по гостиной. Она трогала предметы, мебель, книги и не было предела ее презрению и возмущению, когда она говорила о вкусах хозяина, обставившего комнату. Майкл терпел критику с крайним недовольством, но не выдержал: щелкнул пальцами и дух ведьмы исчез.
– Так-то лучше, – устало потер глаза вампир. – От этой болтовни у меня голова разболелась.
– Кстати, о головной боли, – подал голос Галлант. Он вошел в комнату с подносом, на котором стояло два бокала с водой, и изыскано украшенный конверт. Дворецкий поставил поднос на столик рядом с Мэллори и отошел, с предвкушением наблюдая за хозяином. Майкл с опаской взял конверт и лишь от одного отправителя страдальчески застонал.
– Да! – радосно провозгласил Галлант и принялся танцевать на месте. – Маскарад нечисти. Где самые лучшие тусовки?! Мы так оторвемся, детка. Эту вечеринку будут вспоминать еще следующие покойники!
Мэллори непонимающе наблюдала за происходящим.
– Что за Маскарад нечисти?
Галлант с полным презрения взглядом посмотрел в ее сторону.
– Это самое громкое события для нашего мира. Маскарад, где собираются сильнейшие, слабейшие, вечные и бессмертные. Танцы до упада!
– В этом году ничего не будет, – угрюмо буркнул Майкл, устало падая в кресло. Рассвет уже разгорался на горизонте и ему нужно было спешить в гроб.
– Что?! Почему?! – возмутился Галлант и упер руки в бока.
– Раньше этим занимался Эрик, сам я не собираюсь в это ввязываться.
– Вы же помните, чем грозит отказ?..
– Не тебе мне перечить, Галлант, – жестко прервал его граф и строго взглянул на слугу.
Мэллори закусила губу и ненадолго задумалась. За больную уже точно не сойдет, тем более с такими марш-бросками, какие она проделала сегодня. Не вариант ли это, чтобы отсрочить свое покушение?
– Может быть, я займусь организацией?.. – робко подняла она руку.
Галлант посмотрел на Мэллори своим обычным взглядом «молчи презренное насекомое» и в ту же секунду озарение осветило его взгляд.
– Милорд! Это же потрясающая идея! Вы хоть понимаете, какой мы фурор наведем?! Невинная девственница – королева Маскарада нечисти! Об этом будут судачить на болотах еще несколько месяцев.
Граф кисло поморщился.
– Делайте, что хотите, – сдался он и встал из кресла.
– Я в деле, девочка моя, – раздался голос Мирт и вот уже она сама стояла рядом и обнимала ее за плечи. Мэллори передернуло от холода. Да что за призрак-кинестетик такой! – Ты много не знаешь о нашем мире, я помогу тебе…
– А вы много не знаете о современном мире, – фыркнул Галлант и встал с другой стороны от Мэлл. – Мы закатим такую вечеринку, что у ведьм шляпы опадут…
– Попрошу повежливее! – воскликнула Миртл.
– Я вас тут вообще до этого не видел, так что ваше мнение априори последнее, – закатил глаза дворецкий.
Мэллори посмотрела по сторонам. Может, догнать графа и сразу предложить ему шею?
Когда я пьян – я Джеки Чан
Кажется, режим сна и бодрствования у Мэллори окончательно сбился, потому как встать раньше пяти вечера, а заснуть раньше рассвета она уже не могла. Сегодня ей пришлось сделать над собой огромное усилие, чтобы пробудиться засветло без посторонней помощи.
Подготовка к Балу нечисти шла полным ходом. Мэллори была фигурой исключительно номинальной, поскольку все спорные вопросы решали Мейв и Галлант. Вернее, вопросы становились еще более спорными после их обсуждения, а побеждал тот, кто кричал громче. Потому основным цветом маскарада был выбран красный, а дресс-код обязывал гостей сотворить на голове неведомую доселе прическу. Она была нужна этим двум лишь как компромисс, в противном случае граф бы не согласился на все мероприятие. Единственное, на чем она настояла – безупречная чистота всех зал и комнат, потому с утра до ночи Галлант гонял по замку невесть откуда взявшихся маленьких горбатых уборщиков.