Темными зимними вечерами бабушка любила сажать Мэллори к себе на колени и, расчесывая длинные русые волосы, рассказывать удивительные истории о графстве. Чего только не было в ее небылицах: и ведьмы, и феи, и леприконы. Даже внушающий уважение и страх Дуллахан порой врывался в уютное повествование бабушкиных рассказов. Мэллори слушала ее, глядя на пламя в печи, и не смела вздохнуть. Особое внимание бабуля уделяла рассказам о ночных тварях – кровожадных вампирах. Возможно, это связано с тем, что они жили поблизости от одного из них, а быть может бабушка просто позабыла названия других волшебных существ и все они были «кровососущие дьяволы».
Из этих рассказов Мэллори вынесла немного ценной информации. Например, что передвигаются вампиры в образе летучей мыши с кроваво-красными глазами. Потому когда они с графом вышли на крыльцо замка, Мэлл с подозрением покосилась на него. Не собрался ли он обратиться прямо здесь и сейчас? Способ передвижения, разумеется, экономичный и комфортный, но ей топать пешком совсем не улыбалось.
Вампир поправил плащ и с торжеством взглянул на спутницу. Он щелкнул пальцами и где-то издалека послышалось лошадиное ржание, и вот уже через пару секунд перед ними появилась черная карета, запряженная парой гнедых коней с блестящими начищенными боками. Перья украшали мрачную повозку, и, казалось, сейчас на козла взойдет сам Харон. Граф кашлянул и хитро посмотрел на Мэллори.
– А не привлечет ли это слишком много внимания? – с сомнением протянула она, осматривая вычурное средство передвижения.
Майкл вопросительно посмотрел на нее, склонив голову на бок.
– Вы – ужас всего графства, а я ваша жертва, которую вы должны были уже давно съесть, – начала загибать пальцы Мэллори. – Если мы с шиком появимся в таверне, вряд ли из этого выйдет славный вечерок.
К чему им лишнее внимание и проблемы? Это и только это волновало Мэллори, а отнюдь не перспектива оказаться в тесной карете наедине с графом.
Майкл задумчиво хмыкнул. Мэллори накинула широкий капюшон и подошла к одной из лошадей. Кобылка фыркнула и строптиво дернула морду в сторону от прикосновения.
– Может быть, поедем верхом? – воскликнула Мэллори, озаренная внезапной идеей. Ездить верхом она любила несмотря на то, что ее навыки были… далеки от профессиональных. В деревне ее прозвали «Скачущей Смертью» за то, что каждая ее прогулка зачастую заканчивалась чьей-нибудь травмой или, как минимум, легким испугом.
Уговаривать графа долго не пришлось. Вскоре Галлант привел им двух лошадей. Одну Мэллори – ту самую, на которой она приехала в замок, и поджарого гнедого коня для Майкла. Оба спутника вскочили в седла и помчались прочь от проклятого холма.
Как только Мэлл оказалась верхом, бедра привычно сжали бока лошади, а ноги удобно устроились в стремени. Она с азартом пришпорила кобылу и та поскакала по дороге. Майкл только и успевал нагонять ее, но она упорно вырывалась вперед, едва удерживаясь, чтобы не обернуться и не показать ему язык. Капюшон слетел с ее головы и ветер подхватил распущенные локоны. Мэллори притормозила, чтобы накинуть его обратно. Пока они доберутся до города их может увидеть далеко не один запоздавший пьянчужка. В этот момент граф галопом проскакал мимо, оставив Мэллори позади. Всадница приподняла бровь. Что это было? Ей показалось, или он в самом деле послал ей насмешливый взгляд? Она ударила коня по бокам и дернула поводья.
В поздний час в селение еще никто не спал, кроме чопорных девиц и их маменек, блюдущих благочестие дочерей. Уинбрук славился на всю округу своим вином и элем, как ни славился ни один из горных монастырей, а потому любителей выпить здесь собиралось больше, чем где бы то ни было. Особенно в это время года, когда шла целая неделя празднования сбора урожая. Младые и старые, хихикающие девушки, впервые попробовавшие чарку забродившего виноградного сока в тайне от родителей, да хмельные юноши, весело поющие песни на завалинках. Так отмечали уходящее лето, если год был плодородным. Совсем скоро на улицах станет более безлюдно, а снег будет привлекать лишь неугомонную ребятню. Мэллори с легкой тоской вздохнула. Вернется ли она сюда когда-нибудь? В свой уютный, маленький домик на окраине деревни и благоухающий сад, к своим темно-зеленым бутылкам и попыткам сотворить мало-мальски сносный напиток. Она взглянула на графа. Майкл с интересом осматривался, неспешно поворачивая голову из стороны в сторону. Он еще ни разу не был в Уинбруке, потому каждая деталь так привлекала его внимание.
– Мэллори, а что значит: «Я уже не очень молод, но еще могуч мой молот»? – спросил граф, повторив строки песни за возрастными кузнецами, распевающими каждый на свой лад около покосившейся кузни.
Мэлл вспыхнула и кашлянула. Не лучшая идея была приводить его сюда в разгул честного народа!
– Это они поют, чтобы клиентов не уменьшалось, – ответила она, отвернувшись от мужчины.
Майкл серьезно кивнул, вновь обращая все внимание на бушующую жизнь вокруг. Мэллори облегченно выдохнула. Кажется, пронесло. Не думала, что ей за земляков придется краснеть!