Она проснулась рано утром, умылась, надела свое боевое платье и отправилась изучать замок. Что же она знала о вампирах? Предпочитают спать в гробах, особую тягу испытывают к паутине и оплавленным свечам. Истинные атеисты – не признают ни одну религию. Из особых примет: бледная кожа, острые клыки и непереносимость чеснока. Поклонники органных концертов Баха, фетишисты на бархат и кружева. Страшные педанты. В деревне были свято уверены, что если спрятать носок вампира, то он не успокоится, пока не найдет его, а там рассвет сделает свое дело. Тоже самое касалось и смешанных круп. Еще одним поверьем было выбить вампиру зуб и тогда он не сможет насытиться. Мэллори с сомнением посмотрела на свои маленькие кулачки. Оставим это на крайний случай. Самым действенным и не неоспоримым способом борьбы с ночными порождениями был осиновый кол в сердце. На втором месте половинка лимона – согласно древнему преданию вампиры не переносят кислоту лимона, якобы она портит эмаль зубов, жизненно необходимых для них.
Вообще-то ей полагалось лежать в кровати и изображать смертельно больную, но пока рядом не было ни Галланта, ни графа можно и даже нужно исследовать пространство. Кто знает, вдруг она найдет какой-нибудь случайно завалявшийся серебряный кинжал. В этих кучах мусора может быть все, что угодно. Но кроме запертых комнат и паучьих кладок Мэллори не обнаружила ничего полезного в правом крыле. Вот же досада!
Было так непривычно безнаказанно бродить по замку, которым ее, да и других деревенских детишек, запугивали с самых пеленок. Видите вон там, на холме, место поганое? Живет там премерзейшее зло! Оно заберет вашу душу и обглодает косточки! А между тем граф древним отнюдь не выглядел. На вид тридцать с небольшим. Мужчина в самом расцвете сил.
Когда вчера вечером Галлант проводил ее обратно в комнату, он настоятельно рекомендовал ей держаться подальше от покоев господина. Якобы у него очень чуткий сон и если его разбудить днем, ночью он будет в прескверном состоянии духа. За сим он велел держаться подальше от левого крыла замка, в особенности от хозяйской спальни, выделяющейся на фоне остальных величавыми размерами и, конечно же, изысканно украшенной дверью под самый потолок.
– На двери в спальню хозяина золотые ручки. Блестяшка такая, поняла? – повторил Галлант и устало закатил глаза, будто говоря: ну как такой деревенщине объяснить, что такое золото. Мэллори хитро улыбнулась и послушно кивнула. Да-да, золотые ручки! Конечно же, левое крыло!
И если правое крыло показалось Мэллори свинарником за исключением пары комнат, то левое представляло собой авгиевы конюшни, в которых где-то валялось тело поверженного Геракла, так и не сумевшего разгрести эту помойку. Конечно, замок большой, а слуга всего один, но разве можно жить в такой грязи? Мэллори укоризненно покачала головой.
Она шла по длинному коридору, заглядываясь по сторонам: до чего удивительным был замок! Каждая мелочь могла бы сражать гостей, уделяй хозяин ей больше внимания. Чего стоят одни только эркеры с витражными окнами, изображающими неведомые сюжеты, или лепнина на стенах. Ожившая сказка раскрывалась перед ней, устрашающая и мрачная, но была в этой тьме своя, особая красота, привлекающая Мэллори. Где же отдыхает граф?.. Гадать долго не пришлось – прямо в тупике коридора возвышалась дверь с позолоченными ручками. Мэллори поспешила к ней.
Она с легким испугом дотронулась до ручки. А что если он не спит? Да нет, бред. Все вампиры спят днем. Они как кошки – создания ночи.
Мэллори приоткрыла дверь и с любопытством просунула голову в щель. И сразу же громко чихнула от пыли, клубами летающей по комнате. Она зашла внутрь, оставив дверь на всякий случай открытой. Из-за плотно задернутых штор едва пробивались солнечные лучи, украдкой бросая свет на очертания мебели. В центре стоял закрытый гроб. Сперва Мэллори показалось, что он иссиня черный, но присмотревшись поняла – это красное дерево, украшенное золотыми узорами по бокам. Комната обставлена с надлежащим вкусом: ничего лишнего или вычурного. В глаза Мэллори сразу же бросился широкий платяной шкаф, занимающий всю западную стену. Она улыбнулась и с уверенностью распахнула его створки.
Стройный ряд нарядов по последнему писку вампирской моды: плащи, камзолы, сюртуки, сорочки и рубашки, все это подобрано с таким изыском, что Мэллори даже не решилась прикоснуться к одежде. Отдельной полкой стояли начищенные до блеска с десяток пар ботинок. Мэллори опустила взгляд чуть ниже и правее. А вот и заветные ящички… Осторожно, боясь лишний раз скрипнуть, открыла самый верхний. Галстуки и заколки для них. Идем ниже. Запонки и перстни. Подавив в себе желание любоваться ими до самой ночи, Мэллори опустилась ниже. Она открыла последний ящик и возликовала. Белье!
Мэллори начала перебирать педантично сложенное исподнее, когда внезапно поймала себя на странной улыбке. Стойте-ка! Она тут чтобы убить его! А не чтобы рассматривать узор на нижнем белье вампира, маньячески улыбаясь при этом. Мэллори резко отдернула руки.