Как заехали в лес, остановился, пошарил по карманам трупов. Достал коммы – они мне нужны: по ним погоня должна отправиться. В коммах есть функция определения места их расположения. У служивых людей она обычно дает начальству возможность отслеживать, где находятся подчиненные.
Отъехал еще на пять километров от деревни, выбрал место, где дорога прямо идет. Место это заранее по картам присмотрел.
Вот тут все и произойдет.
Загнал машину в карман для разъезда с встречными. Трупы к краю оттащил, чтобы не мешали, машину ровнее поставил. Теперь ее с дороги не видно: карман большой, под размер грузовика, с боков высокими отвалами снега закрыт. Двигатель глушить не стал – при таком морозе неизвестно, заведется ли потом. Всякое бывает, зачем мне неожиданности? И в салоне тепло пусть будет, сидеть нам не известно сколько.
Проверил, хорошо ли видно дорогу, отмерил дальномером пять сотен метров, присмотрел ориентир.
Вернулся пешком к ориентиру. Прямо на дороге, рядом с обочиной, бросил один из коммов постовых. Чтобы видно было. А то навигатор их расположение даст с точностью метров в сто, а мне хочется, чтобы мои преследователи именно тут остановились.
Надел снегоступы и перелез через обочину в лес. Там протоптал тропинку метров на двести, зашвырнул второй комм подальше в сторону. Пусть думают, что здесь тела лежат – может, разделятся и пойдут искать по лесу. Вернулся аккуратно по следу. Поймут они, что это один человек туда и обратно ходил? Может и поймут. А может, и нет, решат, что двое прошли. Посмотрел – вроде следы достаточно заметны и правдоподобны. Должны заинтересоваться.
Вот и готова ловушка.
Это как с соболем: чтобы он наверняка пришел в ловушку, ему из бревнышек надо удобную дорожку к ней с земли проложить. Тогда он попадется, а если дорожки нет – может мимо пробежать.
Вернулся к машине.
Олю положил рядом с машиной на верхушке снежного отвала с СВД. Она одета тепло: Светлана ей выдала длинные унты, похожие на меховые чулки, шуба соболья, рукавицы, маска на лице, шапка. А поверх всего этого – маскхалат. Она сейчас наш дозорный, а потом будет главной линией обороны, если неприятель пойдет в атаку по дороге. Пробежать полкилометра по узкой дороге под огнем СВД – это надо взвод в атаку бросать, таких сил у деревенской охраны нет. А по лесу идти, по снегу – долго, мы успеем сбежать.
Для себя я подготовил лежку на противоположной стороне дороги. Для тех, кто поедет от деревни – со стороны водителя, получается. Винтовку под «триста винчестер магнум» там положил, проверил расстояние до ориентира, поправки посчитал и выставил. Сам пока в машине сижу, в расстегнутой волчьей шубе, чтобы не париться.
Ждем.
Если я что-то в людях понимаю, то староста сначала мне позвонить должен, когда поймет, что что-то не то происходит. Самый вероятный источник неприятностей в деревне сейчас – это я.
Хотя есть и другой вариант – сначала решат пойти по отметке коммов охранников. Может, даже без старосты. Тогда по обстоятельствам решать придется: то ли тихо слинять, то ли попытаться перебить тех, кто приедет, чтобы старосту ослабить. Он же, наверное, самых боеспособных людей пошлет. Лучше бы староста приехал, конечно, а то получится, что я цели не достигну, а невиновных людей положу. Не хорошо.
Хотя – сколько таких «невиновных» я уже положил? А кто-то из них даже меня убил, в бытность Олегом. И Леру убил. И дом наш сожгли в Большом Буке. И людей наших убивали. Нет тут невиновных: если не тому человеку служат – значит виновны.
Почти час сидели. Я уже начал думать, что охрана в деревне посты совсем не проверяет и ждать придется до обеда, пока пересменка какая-то начнется.
Мой комм завибрировал. Староста звонит.
Принял вызов. Экран держу так, чтобы было заметно, что на заднем сиденье Катя сидит. Она румяная, глазами поблескивает, ресницы длинные, в соболях вся. Красавица просто.
Я ее с собой и взял, чтобы была возможность ее показать, старосту подразнить. А еще на случай, если все пойдет плохо – чтобы можно было тогда ее с собой увезти, если бежать придется. На этот вариант в багажнике груда оружия и экипировки лежит, вплоть до снаряжения для стоянки в лесу.
– Сергей, ты что удумал? – староста выражает мне свое возмущение.
– Вот, выехал на свой участок новый, посмотреть имущество, – нагло вру.
И он понимает, что вру. А я понимаю, что он понимает. От этого веселый азарт появляется.
– А девку ты взял, чтобы помогала соболей свежевать?
– Так скучно ей в деревне сидеть. Пусть прогуляется. И мне с ней веселее.
– Возвращайся срочно!
– Не могу, Роман Степанович, мне тут еще работы на полдня.
Староста взбесился, аж скулы окаменели. Но угрожать не стал попусту. Прервал связь.
Вот и хорошо. Теперь одно из двух. Либо он сам поедет за мной в погоню со всеми своими силами, либо я не знаю, что он придумает. Главное, что он хоть и власть, но самостоятельно объявить меня преступником в розыске не может, по серьезным делам решения дружинники принимают, а не старосты.
