Мы с Габбинсом и телохранителями набрали полные тарелки выпечки и горячих блюд и налили до краев кофе, чтобы заправиться на весь предстоящий день. Когда мы только удобно устроились, то вдруг шумно распахнулась дверь. Энтони, будто из подмышек, вынул пару пистолетов-пулеметов, а скелетоподобный телохранитель Габбинса (его звали Джонас), как оказалось, прятал у себя в мантии обрез. (Я же упоминала, что он был в мантии? В общем, был. В ярко-фиолетовой мантии.)
– Стойте, – тихо приказала я телохранителям.
Вошедший демонстративно их игнорировал.
– Так вы, значит, ладья Томас, – громко заявил он.
Я мгновенно узнала в нем Ноэла Биттнера – его выдала ужасно раздражающая заносчивость и вид человека, который не смог бы легально купить алкоголь. И эти очки.
– Я смирился с вашим узколобым урезанием финансирования. Понимаю, что не все способны оценить поразительные возможности, которые здесь перед нами открываются. Те уникальные силы, которые явятся сегодня, дадут шанс возвратить на острова величие, гордость и волшебство!
Он сделал паузу, чтобы набрать воздуха, и Габбинс шепнул мне уголком рта:
– Может, пусть они его пристрелят?
Я покачала головой.
– Похоже, он нужен, чтобы установить связь с драконом, – шепнула я в ответ.
Габбинс собрался было что-то ответить, но Биттнер, запасшись еще бо́льшим возмущением, уже начал следующую тираду.
– Я предполагал, что ладья Шахов разделит восхищение этим событием и не станет отказывать в создании надлежащих условий для прихода дракона в наш мир. До меня доходили слухи о вас, но я не мог поверить, что вы окажетесь столь безразличны к этому чуду. И что теперь? Теперь я узнаю, что вы дали солдатам приказ не охранять детеныша, а в случае чего застрелить его. – Биттнер склонился над столом и говорил мне прямо в лицо. Я инстинктивно подалась назад и с отвращением заметила, что его слюни брызгали мне в тарелку. – Я требую, чтобы вы убрали военных! Мы с драконом уже установили связь, и он может почувствовать страх, который чувствую я. Я не могу обещать, что смогу его усмирить даже с моими эмпатическими способностями. – Он сверлил меня взглядом.
Стоявший за моей спиной Энтони напрягся, готовый вдавить мальчика в землю, и я, чувствуя его присутствие, постаралась набраться храбрости.
– Ноэл, – начала я спокойно.
– Я бы предпочел, чтобы ко мне обращались как к адепту Биттнеру, – заявил он.
Габбинс приподнял свои отсутствующие брови, но воздержался от указания на то, что такого звания не существует.
