Лаэрен полностью

— Слушай, а почему ты видишь, что там на САМОМ ДЕЛЕ? А не фанеру с фотообоями?

Велир сделал большой глоток, прежде чем ответить.

— Наверное, потому, что я понимаю твою игру. Для остальных, кроме Лу, слово ИСТИНА — всего лишь непонятное название.

— А Лу тоже видит Мир?

— Да.

— А почему?

Ответа я так и не дождалась. Придётся опять ждать целый месяц, улыбнулась сама себе.

Кроме меня и Велиара, не следит за временем.

Нет времени — нет пространства.

Никто — ни Арис, ни Котовски, ни Лукреция, ни Руминистэ — не следит за временем.

Не замечают, не знают такое вот понятие.

Только я каждый вечер делаю новую галочку на листке. Отсчитываю почему-то ровно тридцать, вот и месяц.

Ура.

И все мои непутёвые знания — это ОТТУДА — НЕИЗЕСТНО — ОТКУДА… Весело.

Вижу, как Велиар тянется ко мне, его рука хочет коснуться меня, но он, как всегда, боится испачкать меня кровью.

— Да я же умоюсь потом! — восклицаю я и прижимаюсь к нему. Велиар осторожно касается моего лица, и солоноватый привкус крови во рту начинает мне нравится.

— Поцелуй меня, — шепчу я и сама тянусь к нему. Его серебристые глаза заворожено смотрят, выжигают во мне всю грусть и превращаются в такие теплые, ореховые…

Когда он ушёл, я налила себе ещё чашечку чая и уселась на окно. Серую плиту в центре комнаты украшала белая роза — это означало, что никто не мог проникнуть ко мне в мирик без спроса.

Мир за стеклом был привычно сер и тускл. Я в сотый раз пересчитывала деревья в парке, лавочки, дома, видимые и невидимые. Разглядывала закутанных в теплые одежды людей.

Все они были одинаковы и нелепы. Ни ушек Котовски, ни шрамов, ни шикарной бутафорной груди. Ничего не напоминало в том, оконном мире о Лаерене.

И туту я заметила её.

Ту странную, непонятно знакомую девушку. Злость, страх, недоверие — все эти эмоции превратили её лицо в маску.

Она, увидев меня, достала что-то небольшое и блестящее, из кармана, пробежала по поверхности пальцами и поднесла эту вещь к уху.

Элвис, лежащий рядом со мной, засветился, и рядом с медвежонком появилось ЭТО. Похожее на то, что было у девушки в руках. Кнопочки, небольшой экран.

Воздух разрезала непонятная, но такая знакомая мелодия:

Я сидела и смотрела на ЭТО.

Бархатный мужской голос наполнил мой мирик. И что-то во мне качнулось и замерло. Я протянула руку и взяла поющее нечто. Интуитивно я нажала одну из множества кнопок и поднесла к уху.

И посмотрела на девушку во дворе внизу.

— Алло… — это слово, незнакомое и в тоже время понятное, я произнесла сразу.

Рука девушки дрогнула. По щеке потекли слёзы. Она подошла ближе к окну, тихо прошептав что-то.

Но я всё слышала теперь. Голос её разносился из этой штуки в моих руках.

— Ты же умираешь, — говорила она.

— Я… Нет. — Зачарованно я глазела на неё сквозь стекло. Что значит это слово — «умираю»?

— Но врачи сказали, что тебе осталось месяц от силы! Что… что твой мозг нарушен, кислородное голодание убило его. Ты не выживешь.

Половина слов была не ясна, но я решила играть. Видела, что она боится меня.

— Ты же видишь меня, я живая. Где я по — твоему?

Она воровато огляделась по сторонам и снова врезалась в меня взглядом.

— Ты на больничном… окне… На втором этаже в реанимации. А врачи знают, что ты ходишь?

Я тихо переваривала информацию.

— А когда ты была у меня в последний раз? — иронично спросила я и поняла. Эта странная девушка принимает всё сказанное мною за все, что хочет.

— Я… так ты обманывала меня? Ты моргала тогда! Живая.

Я вздрогнула от её злости и непонятно жалящих слов.

Она подбежала ближе к окну и скрылась где-то в глубине. Она зашла внутрь. Я слышала стук чего-то большого и металлического. Слышала её сопение, бег по ступенькам. Кто-то останавливал её, просил не шуметь.

Удар.

Ещё удар.

И я слышу, как она что-то трясёт и кричит куда-то вдаль.

— Она только что сидела на окне! Она… у неё был телефон! Слышите?!»

И другой, более спокойный голос.

«Не тревожьте. Она в коме, вы же знаете… Она не могла…»

Снова стук, а затем короткие гудки в телефонной трубке.

Всё так непонятно. Я посмотрела на Элвиса. ТО, что девушка назвала телефоном, не исчезло. Я нажимала наугад клавиши, а на зеленоватом экране мелькали имена.

И ту, что звонила мне, звали Амелией.

Перебираю в уме слова, что кричала она.

Мозг.

Кома.

Врачи.

Этаж.

Реанимация.

Но одно было ясно настолько, что я удивилась простоте.

Там, за окном, действительно был тот, реальным мир, в котором я умирала.

Вернее, не я, а моё тело.

Что-то произошло со мной, и я умирала. А что именно — знали только ТАМ.

Врачи и Амелия.

Я решила позвонить сама, спросить. Пользуясь подсказками внизу экрана, я выбрала её номер и нажала зеленую клавишу.

Поднесла к уху.

«Пожалуйста, пополните счёт. Ваш номер временно заблокирован»

Сухой, металлический женский голос.

И тогда я поняла. Связь с тем, живым миром односторонняя.