Лаэрен полностью

Я еле залечил её раны, но шрам остался. И порой мне кажется, что она не всё забыла… Что-то в ней живо. Лаэрен не полностью поглотил её»

Я перечитала слева направо.

«ЛАЭРЕН»

И то же, справа налево.

«НЕРЕАЛ»

Это был нереальный мир. Это был мир наших иллюзий…

— До меня были ещё… Я здесь не первый. Один даже помог мне снять перчатки… Он чем-то был похож на тебя, Соби. Но они все исчезли. Всегда все исчезают. Кто-то раньше, кто-то позже.

Кто МЫ?

ОТКУДА?

…неизвестно…

Все ОТТУДА-НЕИЗВЕСТНО-ОТКУДА.

…Из того, реального мира, что за твоим окном.

Я молча сидела и слушала, ошарашенная.

— Велиар, а Златовласка?

— Она до сих пор здесь, Соби.

В ужасе замираю.

— Но..как же… все уверены, что она исчезла. Котовски коснулся её ключа…

Велиар допил чай и отставил пиалу в сторону. Затем молча уставился в потолок.

— То, что Котовски коснулся её ключа, всего лишь случайность. Но ОНА вернулась обратно. Уже другая Златовласка. Мертвая. Она не захотела оставить Лаэрен и вернулась. И я запер её. Запечатал. Навсегда.

— Мертвая?

— Я мало знаю о Лаэрене, Соби. Всё, что я рассказываю тебе, когда-то так же рассказывали мне. Остальным лучше этого не знать.

Я убрала сервиз на столик и задумалась.

Мне мало этого. Мало лаэреновских преданий и скелетов в шкафах.

Я дойду до конца.

Я узнаю ИСТИНУ.

Ведь это — моя игра.

«Уже месяц, как я в Лаэрене.

За этот месяц никто больше не появился. Я последняя.

Лаэрен — это нереальный мир, разделенный на множество измерений — мириков.

Розовый сад Велиара — ОДИНОЧЕСТВО.

Детский мирик Арис — ИНФАНТИЛЬНОСТЬ.

Театральный рай Котовски — НАРЦИССИЗМ.

Заснеженный мир Руминистэ — ЖЕСТОКОСТЬ.

Пурпурный мирик Лукреции — ПЕЧАЛЬ.

И мой, единственный ограниченный в пространстве мирик, в виде просторной комнаты — ИСТИНА.

И где-то там, в пустоте запечатанные мирики прошлых. Тех, кто был до Велиара и вернулся НАЗАД.

И где-то там, в пустоте — запечатанный мирик мёртвой Златовласки. Которая вернулась обратно неживой.

И которая знает.

Что Лаэрен — это мир наших затерянных иллюзий. И что такое реальный мир… Откуда мы все приходим, забывая о прошлом.»

Убираю записи в ящик письменного стола и беру в руки Элвиса. Это мой ключ в мирики других. Плюшевый мишка может доставить меня, куда я захочу.

Но только не в мирик Златовласки.

Серая плита в центре комнаты внезапно загорается, и через мгновение я вижу Лукрецию. Как всегда, она мрачновато одета. Она сменила платье, но только не цвет.

«Велиар называет её смешно так и непонятно — ГАТИЧНАЯ!» — Вспоминаю я слова Арис.

Печальное личику Лу обезображено грубым шрамом — это её своеобразная метка. У каждого в мире Лаэрен есть что-то отличающее от остальных. Но только не у меня.

— Я за тобой, — вздохнула Лу. Сегодня мы собираемся у Котовски, чтобы поиграть. Эмоциями, как и всегда, поддерживаем целостность мирика. Я пригласила присесть и разлила ароматный чай по чашечкам.

— Лу, а во что вы играли у Златовласки? — небрежно спрашиваю я у девушки. Она молчит пару минут, но эту пауза в порядке вещей. Лукреция немногословна и всегда выдерживает паузу, обдумывает ответ.

— Играли… в поцелуи… Это было так… мерзко.

И ничего нового. Это самое мне уже говорили. Да и к чему спрашивать, ведь это я делаю каждый раз — расспрашиваю про Златовласку, надоедая всем.

Я узнала практически всё. И то, как она появилась, и про её мирик — солнечную поляну. И про её исчезновение.

А исчезла он вперед всех. Чем и шокировала остальных. Все считают, что виноват Котовски — он коснулся её ключа. Закрыл ради интереса золотой замок, и она пропала. Всех вышвырнуло разом из её мирика, и больше никто не мог вернуться к ней.

Мы допили чай молча. Лукреция достала разбитую маску — это был её ключ — и встала на серый камень.

— К Арис! Догоняй…

Она исчезла в серебристом зареве, оставив меня одну. Для начала я ударила по столу:

— Убрать.

Сервиз и печенье, а также крошки и смятые обёртки исчезли в никуда. Стол остался чист.

И тут мне в голову пришла нелепая мысль. А что, если… В спешке я ударила по столу ещё раз:

— Ключ в мир Златовласки!

Минута ожидания и… ничего. Лишь маленькое пятно на дереве на месте удара.