Как же это странно. Это сложно. Это не поддается никаким объяснениям. Она знала его всего ничего, но эту почти болезненную тягу к пугающему любое другое существо монстру, возникшую в последнее время, Лайма уже не могла отрицать. И сейчас, ощущая противную, саднящую боль, приносившую при каждом неосторожном движении желание вдохнуть побольше воздуха, тем более не хотелось отнекиваться. Слишком поздно. Пора было окончательно признать, что ее душа не может и не хочет существовать без него. Даже если их отношения будут кипящими, обжигающими и болезненными. Даже если это будет подобно мелким кусочкам стекла на ее коже…
Найтмер, прижимая ее сверху, снова ощутимо толкнул девушку, словно втирая в пол неосторожным почти грубым натиском, отчего по всей ее спине прошла мощная волна горячей рези. Она не сдержала рваного, тонкого возгласа, а из глаз помимо воли скатилась слезинка. “Черт, больно же!” - подумала в негодовании Лайма, и ее тут же рывком усадили, вновь разорвав контакт и игнорируя шипение.
Они сидели друг напротив друга: монстр все ещё оседлав сверху ее ноги, она – опираясь плечами на заведенные назад векторы.
Найтмер не спускал с нее хищного проницательного взгляда. В нем плескалось что-то неописуемое, раскалённое добела: коснешься и сожжёт без остатка. Он медленно и тягуче, как хищник, поймавший жертву, опустил руки на основание ее бедер, забираясь под футболку у поясницы. Лайма распаленной, исписанной дорожками крови кожей ощутила чуть прохладные на контрасте с ней пальцы Найтмера. Он неторопливо размазывал по ранам черный негатив, обводя каждую, на ощупь вынимая крохотные стеклышки. Он пожирал ее взглядом, реагируя на каждое вздрагивание. Ждал её всхлипа или стона. Но Лайма терпела, закусывала до крови губы, стискивала зубы и рвано дышала, буравя его взглядом полным дурманящей страсти со вкусом злобы.
— Бесподобно, — Кошмар широко улыбнулся. Его глаз расширился и светил огромным атоллом, видя в темноте намного больше девушки. Спину перестало печь. Теперь было лишь ощутимо тепло от бархатистой черной жидкости с его рук и векторов, теплым мёдом закрывшей раны.
— Это безумие, Мар, — прошептала Лайма и дерзко улыбнулась в ответ, зацепившись затуманенным взглядом за едва видимое свечение зеленоватого фосфоресцирующего румянца на скулах черного монстра. Её монстра…
Комментарий к Ненавидь меня сильнее
(ꏿ﹏ꏿ;)
========== Локус контроля ==========
Комментарий к Локус контроля
Локус контроля - под данным термином понимается приписывание своих успехов и неудач в жизни внешним факторам или собственным способностям. Так, человек либо все сваливает на обстоятельства извне, либо возлагает всю ответственность на себя.
“Я люблю тебя. Как мне жаль, что это не означает «Никогда не сделаю тебе больно».“Dragon Age 2, Андерс
Они сидели в полуразрушенной гостиной, у старого дивана прямо на полу, скрестив по-турецки ноги и пили чай. Осколков стекла на ламинате и небольшом ковре уже не было, но повсюду валялись многочисленные книги, страницы, мелкие вещи, упавшие со стеллажа и коробки, с вывалившимся содержимым. Тут и там можно было увидеть карандаши, обрывки бумаги из какого-то блокнота и даже катушки с нитками. С потолка на человека и монстра мрачными провалами пустых плафонов взирала люстра. И только маленькие бра на стенах, уцелевшие в недавнем побоище, давали неяркие пятна света.
Лайма, зябко обхватив свою чашку, задумчиво смотрела на струящийся над ней пар, иногда проводя по беспорядку на голове пальцами и бросая странные взгляды на Найтмера. Кажется в волосах все ещё были редкие маленькие стеклышки, но вытащить их вслепую не удавалось. Кошмар невозмутимо отпил из кружки, тут же отставив ее в сторону и брезгливо поморщившись.
— Что, не любишь чай? — с любопытством чуть охрипшим голосом поинтересовалась девушка, делая очередной глоток. На её вкус чай был отличный, с лёгкими нотками бергамота, но отнюдь не навязчивыми.
— Слишком сладкий, я предпочитаю без сахара, — он смерил ее равнодушным взглядом и моргнул.
— В следующий раз посолю, — усмехнулась в ответ и отсалютовала кружкой, словно бокалом шампанского.
— Я смотрю у тебя какая-то нездоровая тяга к провокациям, мелочь. Тебе было мало сегодняшнего? Может тебя стоит выбросить в окно в следующий раз, чтобы поумерить пыл?
— С первого этажа? Пфф, так неинтересно.
— Никто не обещал тебе ничего интересного. Я вообще тебе ничего не обещал и не собираюсь, — он равнодушно вздохнул и отвернулся, созерцая открытый дверной проем в кухню, где слабо жужжал холодильник.
— Не обещал, не спорю. Но ты же сам пришел, — Лайма хитро улыбнулась, поймав его раздосадованный взгляд. Словно его подловили на чем-то постыдном и в то же время милом.
Действительно, очень часто его действия не согласовывались с образом чёрствого и неприступного, злобного существа, каким он хотел казаться. Лайма была уверена: эти шипы он выставил неспроста, вдоволь нахлебавшись за жизнь болью и теперь просто хотел огородиться от любых ее возможных источников, даже ценой боли окружающих.
