Юная Лилли Роджерс в деревне Лоувиль слыла всеобщей любимицей. На каждом празднике ее веселыми танцами выходил любоваться весь народ. Красивая, смешливая, милая и добрая, она казалась счастливой и беззаботной. Днем. А по ночам Лилли утыкалась в подушку и горько плакала от саднящего душу одиночества. Ее отцу — суровому и строгому человеку, хозяину кузницы — редко удавалось уделить внимание дочери, хотя любил он ее безумно. Мать вела себе отчужденно и холодно, отдавая всю заботу сыну. Юноша, который давно завоевал сердце Лилли, сам не зная того, не обращал на веселую красавицу никакого внимания. И за шутками и смехом девушка прятала боль и обиду.
Так и этой ночью, лежа на мокрой от слез подушке, Лилли размышляла о том, как ужасна жизнь, и как хорошо бы было прямо сразу оказаться на небесах, где Господь откроет двери райского сада и угостит прозрачными от спелости яблоками. Где-то там, за высокими облаками, есть счастье и любовь, а здесь, среди коров и кур, в обществе невежественных болванов, только разочарование и горечь.
Вдруг мысли Лилли прервал тонкий звон, будто в окно легко-легко постучали. Она привстала на кровати и увидела в окне волшебное сияние, словно миллионы искорок вились в воздухе, а между ними сновали яркие светлячки. Завороженная этим зрелищем, Лилли подошла к окну. Ее глаза наполнились удивлением и восхищением. В тишине зазвучала тихая мелодия, и девушка начала медленно пританцовывать в такт. Стук в окно повторился. Повинуясь странному желанию, Лилли открыла раму. В ту же секунду в комнате появился высокий молодой красавец, одетый в бархатный камзол с алыми лентами на рукавах.
Лилли закружилась в плавных движениях по комнате. Ее тонкая сорочка упала на пол, оставив девушку одетой только в сияние волшебного света. Молодой человек взял Лилли за руку и прижал к себе. Она обняла его в ответ и с шумом вздохнула.
Странный гость провел рукой по волосам красавицы, откинул их на одну сторону и прижался губами к ее шее. Лилли застонала и еще сильнее обняла незнакомца.
Чем жарче и крепче целовал он ее, тем отчетливее перед глазами девушки проявлялась картина — золотые ворота на сверкающих белых облаках, и Христос, провожающий ее на прогулку по дивному саду.
Когда восторженная красавица сорвала с благоухающей яблони алый плод, тело ее, раскинув руки, лежало на полу комнаты. Оно не слышало пения райских птиц, не видело волшебных водопадов, стекающих с величественных громад облаков, открытых взору чистой души. Лилли Роджерс умерла.
Эта новость поутру страшным набатом разнеслась по деревне и быстро долетела до замка Краун. Как раз когда сэр Роберт выводил своих орлов на построение в походный порядок, гонец влетел в ворота и бросился к герцогу.
Выслушав его, сэр Уильям вышел на широкий балкон, венчавший центральный вход в замок, посмотрел на строящееся войско и сильным голосом возвестил:
— Рыцари и солдаты! Благородные сыны Англии и мои верные доблестные слуги! Коварное чудовище нанесло новый подлый удар этой ночью. Еще одна милая юная красавица стала жертвой гадкого кровопийцы. Так дальше продолжаться не может! Знаете, кого этот мерзавец выбрал себе в качестве лакомства? Лилли Роджерс! Я уверен, что многие из вас знали эту прекрасную танцовщицу! И готовы сейчас хорошенько отомстить за нее!
В ответ армия взорвалась от воплей ярости. То и дело были слышны выкрики: «Смерть! Месть!» Кто-то заорал: «Отправим его обратно в ад!» Взлетели в небо красные с черным знамена Лидделов. Сильнее и громче забряцали доспехи. Герцог возвысил голос:
— Идите, Роберт, сын мой, ведите этих славных молодцов в поход, и разгромите вампира в его поганом логове! Да свершится на то воля Господа! Во славу Англии и короля, с Богом!
Лязг оружия и ржание коней наполнили воздух, и стройная армия с грозными и яростными возгласами двинулась по направлению к холмам Хайвуд.
Вскоре внутренний двор замка опустел. Разошлись по своим делам зеваки, провожавшие рыцарей в поход, исчезли и женщины, с надеждой и слезами смотревшие вослед своим сыновьям и мужьям. Поход против вампира начался.
Дженни смотрела на уходящую армию из окна своей комнаты. Она не чувствовала никакого волнения, провожая мужа в опасное путешествие. Ей было совершенно безразлично, какой ценой добьется он успеха, и добьется ли. Куда более волновало отсутствие сэра Эрика. В его предприятие Дженни верила намного больше, но и беспокойства оно вызывало немалое. Юный лорд отправился один, не посвятив в свои планы никого. А если вдруг с ним что-то случится до того, как встретится с аббатом Уолтером? Ведь то, что Эрик едет заручиться поддержкой святого отца, совершенно очевидно. Он собирается противостоять вампиру с помощью Господа? Весьма мудро. Исчадие ада, порождение демонических сил, он может и должен быть повержен только крестом и словом Божьим, ведь едва ли получится уничтожить потустороннее существо привычным оружием.
Рассуждая так, Дженни смотрела, как на горизонте исчезают последние клубы пыли, поднятые воинством Роберта. Потом вздохнула и спустилась в залу, где уже подавали кушанья.