— Ты по праву носишь эту славную фамилию, — выпрямившись, сказал герцог и похлопал сына по спине. — Сын, я вижу, как ты смотришь на нее, но это не плохо. Прекрасная дама всегда была вдохновением для рыцаря, пусть даже она и не свободна. Я верю, что ты не позволишь себе лишнего, поэтому не осуждаю ни тебя, ни ее. Справедливости ради стоит заметить, что как жена она совершенно не востребована Робертом, а посему и тоскует по сильному мужскому плечу. И, по всей вероятности, не только плечу.
Сэр Эрик невольно усмехнулся и сжал сухие пальцы отца. Знал бы он, какая каша на самом деле сейчас варится и в голове, и в сердце у его младшего сына! Как сложно порой бывает разобраться в чувствах, о которых невозможно даже рассказать!
Герцог приказал подать эль и свиную грудинку. Пока слуги выполняли задание, в комнату грациозно вплыла леди Джоанна. Глаза ее были красны от слез.
— Эрик, сын мой, — произнесла она. — Как вы спали сегодня ночью?
— Благодарю вас, матушка, — поклонился юноша. — Все было хорошо. А вы? Почему на ваших глазах слезы?
— Горе герцогства — мое горе, — ответила леди. — И поражение Роберта — мое поражение. Господь немилостив к нам.
— Отнюдь, — покачал головой Эрик. — Вы еще увидите, матушка, что ваши сыновья много чего стоят. Дайте только сроку!
Герцог тем временем налил полную кружку себе и столько же Эрику.
— Пей, сын мой, — сказал он. — Мы в долгу перед тобой. Ты, я полагаю, знаешь больше, чем мы?
— Я пока не уверен, — ответил юноша. — Но стараюсь узнать все до самой мельчайшей детали.
В ответ сэр Уильям кивнул и сделал приличный глоток. Эрик подмигнул и сделал то же самое.
Дверь в залу распахнулась, и на пороге появился Роберт. Неухоженные волосы и неопрятный неровно застегнутый алый камзол говорили о том, что наследник замка не спал всю ночь. Он торопливо добрался до своего кресла, уселся на него и вперил взгляд в столешницу.
Леди Джоанна подошла к Роберту и погладила его по плечам. В ответ на это он взял ее ладонь в свою руку и молча поцеловал ее.
Последней в залу вошла леди Дженни. Сэр Эрик глянул на нее, и вновь щемящее чувство пронзило его сердце. Почему? Ведь ночью он решил отдать всю свою любовь Элли! Но невозможно сопротивляться, это прекрасное личико снова манит его, заставляя желать прикоснуться к ней, тронуть ее своими губами. Черт побери, что же это за наваждение! Все люди как люди, а он, Эрик, вынужден разрываться между двумя? Да рыцарь ли он вообще, если падает ниц перед каждой юбкой? А, гори оно все огнем!
Юноша хорошенько приложился к кружке, полагая, что хмель сможет замутить его разум настолько, что ни одна из девушек не станет для него привлекательной. К счастью, помог сэр Уильям.
— Эрик, сын мой, — сказал он. — Мы слышали, ты ездил в Холироуд?
— Да, отец, — кивнул молодой лорд. — Аббат Уолтер наслышан о таких существах. Он дал мне несколько инструкций относительно того, как следует поступать с этой тварью.
— И ты готов сразиться с ним?
— Нет. Пока нет. Поспешность в такого рода вещах может быть фатальной, — сказал юноша, почувствовав на себе колкий взгляд Роберта. — Извини, брат. Но на самом деле пока я собираюсь всего лишь провести разведку в замке Хайрок.
— Эрик! — воскликнула леди Дженни, не сдержав чувств.
Роберт поднял тяжелый взгляд и мрачно посмотрел на жену. Та в ужасе закрыла рот рукой, и лицо ее покрылось красными пятнами.
Глава XVII. В вихре фантазий
В библиотеке замка Краун всегда было прохладно и тихо. Высокие окна, выложенные витражами, пропускали мало света, что с одной стороны плохо сказывалось на возможности читать, но с другой — создавало таинственную и уютную обстановку, способствующую долгим задушевным разговорам.
Именно такой и шел между двумя женщинами — хозяйкой замка и леди Дженни. Герцогиня сидела за массивным столом из черного дуба, а ее невестка стояла рядом, смущенно опустив голову.
— Я не виню тебя, дочь моя, — после долгого молчания сказала леди Джоанна. — Между нами говоря, быть женой Роберта совсем не просто, учитывая его капризный нрав и постоянные отлучки по одному только ему ведомым делам.
— Мне не хотелось жаловаться, — ответила Дженни. — Но я в вашем доме совсем одна. Раньше хотя бы тетушка Анна проводила со мной время, но после того, как она слегла, поговорить стало совсем не с кем.
— Я полагаю, что и как мужчина Роберт больше не обращает на тебя внимания?
— Увы, — со вздохом кивнула девушка. — Конечно, говорить об этом не подобает благородной леди, но… Печально, конечно, но как женщина я никому не нужна.
Герцогиня некоторое время сидела молча, словно перебирая пальцами невидимые нитки. Взгляд ее устремился куда-то вдаль. Наконец, она тихо сказала:
