Пока он это делал, Линден подняла Посох, готовясь к его возможностям. Затем она обратила все оставшиеся грани своего разума к Сарангрейв-Флэт, выискивая хоть какой-то признак затаившегося существа – или Свирепого.
Через мгновение она обнаружила ранихинов. Они стояли на берегу застоявшегося пруда, с явным безразличием пощипывая горькую траву и ядовитые кусты. Ничто из того, что скрывалось, явно их не тревожило. Как и то, что они ели.
Болота за ними казались мелкими. Воды текли медленными ручьями или застревали в прогорклых прудах, прерываемых небольшими островками травы или скрученными кустами; редкими деревьями, корявыми и чахлыми в гниющей грязи; короткими полосками камыша, покачивавшегося взад и вперед, словно заговорщики, в потоках и на ветру. Все, что попадалось на глаза Линдену, смердело старостью, разложением и древней злобой. Тьма покрывала равнину, мрачная, как погребальный саван. Тем не менее, ничто не указывало на присутствие затаившегося существа или его приспешников.
За спиной она почувствовала короткую вспышку огня. Она тут же погасла. Джеремайя фыркнул от отвращения, но его сосредоточенность не ослабла.
Мгновение спустя она почувствовала жар. Он замерцал, сжался, грозил погаснуть, а затем разгорелся ещё сильнее. Ха! выдохнул Джеремайя. Так вот как.
Вскоре он смог удержать свою магию. К густым запахам Саранграва присоединились запахи готовящейся еды.
Где-то в глубине болота раздался крик ночной птицы: вопль испуга. Линден услышала резкий всплеск, хлюпающий звук. Возможно, она услышала скрежет зубов. Крик оборвался. Вдалеке закричали, взлетая. С других направлений доносился шорох потревоженных насестов; ёрзание толстых тел в грязи; плеск существ, возможно, рыб. Сарангрейв-Флэт, как и положено, был полон жизни.
По-прежнему ничто не напоминало о затаившемся. Ничто не предвещало приближения Свирепого.
Вскоре Иеремия позволил своей Силе Земли рассеяться. Ой! весело пробормотал он. Горячо! Затем он откусил клубень. С хрустом во рту он объявил: На вкус как грязь . Но он не перестал есть.
Постепенно Линден начал расслабляться.
Джеремайя вытащил ещё один корень из Посоха и призвал новую теургию. Твоя очередь, мама пробормотал он, работая. На самом деле, очень вкусно, если притвориться, что не чувствуешь вкуса .
Клеймо? спросила Линден через плечо.
Я наблюдаю, Избранный . В тоне Харучая слышался упрек. Ей следовало бы знать, что он всегда начеку. Ранихин, несомненно, тоже предупредит, если понадобится. Ешь, пока можешь . Чуть позже он добавил: Я ещё не нашёл чистой воды .
Линден не решалась ослабить бдительность. Она не раз сталкивалась с этим притаившимся существом – и один раз это было слишком часто. Но голод преодолел её неуверенность. С трудом она повернулась спиной к Сарангрейву.
Джеремайя почти закончил готовить второй клубень. Он держал его в полуладоне, прикрывая левой рукой. Между его ладонями исходило слабое тепло. Когда он решил, что корень готов к употреблению, он передал его Линдену.
Просто запомни. Сделай вид, что не чувствуешь вкуса .
Стейв, конечно же, был прав: когда Линден осмотрела дымящийся клубень, она поняла, что его можно есть. Более того, если она съест достаточно, это придаст ей сил. С трудом сглотнув, чтобы прочистить горло, она откусила кусочек.
Грязь , – ответила она выжидающему взгляду Джеремии. Точно как грязь . На самом деле, хрустящее растение поначалу казалось безвкусным, но у него был кисловатый привкус, который пробудил в ней тоску по чистоте алианты. Тем не менее, она съела его, пока Джеремия готовил себе другой корень. У неё не было выбора. Её ждало будущее, в котором, возможно, больше никогда не будет еды.
После того как Джеремайя закончил готовить все коренья и они с Линденом съели столько, сколько смогли выдержать их желудки, Стейв снова отправился на поиски воды.
Его не было, казалось, очень долго. Пока его не было, ранихины отошли от края болота, немного отдалившись от бушующего бурлящего потока. Но далеко они не ушли. Линден чувствовала их достаточно отчётливо, отдыхая между ней и Сарангрейвом.
Вернувшись, бывший Хозяин объявил, что нашёл безопасную воду в водовороте, образованном мутным бурлящим потоком реки Флэт. Вода, конечно, была солоноватой и грязной, но не настолько отвратительной, чтобы Линден и Джеремайя заболели. Там они смогли утолить жажду, прежде чем рвотный позыв стал слишком сильным, чтобы его невозможно было сдержать.
Вернувшись туда, где они поели, Линден уговаривала сына поспать, пока есть возможность. Затем она нашла себе относительно ровный участок земли. Прижав Посох к груди и закрыв глаза, чтобы не видеть меркнущих звёзд, она попыталась последовать собственному совету.