Мы поспешно покидаем дом Бэллов, снова оказываясь в толпе гостей, которые даже не обратили внимание на мое отсутствие. Отыскиваю глазами своего мужа, фривольно общающегося с красивой блондинкой, которая разве что из платья не выпрыгивает, чтобы продемонстрировать свои «достоинства». Я перевожу взгляд на дочь, и с горечью вижу, что она тоже успела увидеть один из этапов «охоты». Заметив нас, Нейтон перестает улыбаться, и выражение лица становится бесстрастно-сдержанным.
– Мы поедем домой, Нейт, – как можно мягче произношу я, поравнявшись с ним и его спутницей. – Уже поздно и Эсми пора спать.
– Поезжайте, а я задержусь еще ненадолго, – отвечает он, бросая мимолетный взгляд на сияющую улыбкой блондинку.
– Отдохни, как следует, – мрачно улыбаюсь я, окидывая девицу ледяным взглядом, и подхватив дочь на руку, направляюсь к стоянке, где нас уже ждет водитель.
Эсми засыпает в машине, пока мы едем домой. Мне удается донести ее до детской, не разбудив. Осторожно раздеваю дочку, накрываю одеялом и какое-то время наблюдаю за ее безмятежным сном. Мое сердце сжимается от дурных предчувствий. Наклоняясь я целую ее в теплый лобик и бесшумно покидаю комнату, оставив один из ночников включенным.
Оказавшись в своей спальне, я раздеваюсь, быстро принимаю горячий душ, и облачившись в домашнюю шелковую пижаму сажусь на кровать положив перед собой злополучную папку. Все, как говорил Перриш. Потертая коричневая кожа, замочек сбоку. Пальцы в нерешительности замирают, и я одергиваю их, продолжая сканировать добытый трофей напряженным взглядом. В голове полный сумбур. Возможно, я не готова увидеть своими глазами подтверждение возникшим догадкам. Мне нужно время, чтобы понять, что со всем этим делать. Засовываю компромат на Гарольда Бэлла под матрац, не найдя более надежного места. Нейтон не так часто бывает в нашей спальне, чтобы случайно наткнуться на папку. Судя по тому, сколько пыли скопилось в ящике, откуда я выкрала компромат, хватятся пропажи не скоро, и я не заметила камеры, которые могли бы зафиксировать мое нахождение в оранжерее. Хотя раньше мне уже приходилось ошибаться. И не один раз. И даже сейчас я не уверена, что за мной не следят. Я знаю, что потихоньку схожу с ума, но, наверное, в сложившихся обстоятельствах меня сложно в этом обвинить.
Ложусь в кровать с тяжелым сердцем и полным хаосом в мыслях, но нервное напряжение и испытанный за сегодня шок делают свое дело. Организм нуждается в перезагрузке и отдыхе. Я засыпаю почти мгновенно, проваливаясь в тревожные и полные неясных образов сны. И просыпаюсь я от очередного приступа удушья. Все мое тело горит, как лихорадке, лицо залито слезами, и горло саднит от тяжелого, со свистом врывающегося из груди дыхания. Я не помню, что за кошмар снова привел в меня в состоянии панического ужаса, и, если честно, не хочу вспоминать. Говорят, чтобы избавиться от страхов надо взглянуть им в лицо. Клише и банальность, которые не работают. Не в моем случае. Мое подсознание ясно дает понять, что некоторые воспоминания лучше оставить на чердаке за тяжелым засовом, чтобы защитить себя от еще большей боли.
За окном заметно светает, и я, прислушиваясь к звукам в доме, пытаюсь сесть, прижимая ладонь к тяжело вздымающейся груди. Протягиваю руку за стаканом воды и делаю несколько жадных глотков. Приступ удается снять достаточно быстро. Тянусь за телефоном, чтобы взглянуть на часы. Семь часов утра. Сердце делает кульбит, вызывая болезненное напряжение во всем теле. Я встаю и на дрожащих ногах в влажной от холодного пота пижаме, выхожу из спальни.
Я уверена, что Нейтона нет дома. Я бы услышала звук въезжающего на стоянку автомобиля или открывающейся двери. Нейт немного выпил – это я заметила это еще когда уезжала. А в алкогольном опьянении он просто не умеет вести себя тихо. Да и нужно ему немного, чтобы напиться.
Я заглядываю в гостиную, и на какое-то время цепенею в недоумении. Я ошиблась. Видимо, сон был слишком крепким или кошмар не хотел отпускать меня, и я пропустила момент приезда мужа домой. У нас есть еще одна спальня, и Нейт обычно ночует там, но в этот раз, по всей видимости, не смог дойти. Я подошла к дивану, на котором он расположился без подушки, укрывшись одним только пледом. В щель между задернутыми шторами пробивалось солнце, ровный прямой луч пересекал комнату и падал на лоб Нейтона, подчеркивая первые морщинки, которых я раньше не замечала. Мне захотелось присесть рядом и провести ладонями по его волосам, вспомнить те времена, когда мне не нужно было сомневаться в том, стоит ли это делать. Грудь сдавила тоска, и очередная порция слез навернулась на глаза. Я больше не верю, что мы справимся. Не знаю откуда взялась такая мысль, но она прочно обосновалась в голове еще вчера, когда я увидела, как он позволяет крашеной красивой блондинке флиртовать с ним. И то, как он смотрит на меня, когда думает, что я не вижу…
