– Вино, Лиса. Я спрашиваю какое ты предпочитаешь? – уточняю я, открывая мини бар. Снимаю с подставки один бокал, и нетерпеливо смотрю на нее через плечо. – Так и будешь молчать? – бледная, как полотно Лиса сидит на кровати, словно мраморное изваяние, перепуганными глазами глядя на меня. Хотя нет, не на меня, а на гребаного грифона.
– На твой выбор, – хрипло вдыхает девушка. Я киваю и достаю бутылку красного французского вина.
– Ты до сих пор одета, – обманчиво мягким тоном произношу я, открывая бутылку и наполняя бокал. – Или ты хочешь, чтобы я сам тебя раздел? Как в прошлый раз? Тебе понравилось?
– Пять лет ночных кошмаров – вот как мне понравилось, – огрызается Алисия. Она явно немного пришла в себя, раз снова показывает зубки. Открываю нижний ящик, и достаю оттуда уже знакомые ей атрибуты, за исключением одного.
– Меня-то не надо обманывать, Лиса. Кошмар он же связан со страхом, не так ли? – невозмутимую уточняю я. – Но то, что ты испытывала во сне, не было просто страхом. Тебя пугало совсем другое – то, насколько тебе понравилось все, что произошло. У нас выдался шанс повторить. Без масок. Но, правила, разумеется, все равно будут. Без них никак, Лиса.
Медленно оборачиваюсь и уверенным шагом направлюсь к постели. Разумеется, вниманием Алисии завладел вовсе не стеклянный бокал с красным вином, который я небрежно покачиваю в пальцах правой руки, а парочка наручников, повязка для глаз и шелковая длинная лента – в левой. Она сидит, сжав колени и положив на них ладони, словно отличница в аудитории. И если бы не откровенное белье и чулки, я бы поверил, что вся эта невинность – реальна. Однако я не раз и не два видел ее на коленях перед другими мужчинами за занятием, которое доставляло ей столько же удовольствия, сколько и ее любовникам.
– Выпьешь? – возвышаясь над ней, вежливо спрашиваю я, протягивая бокал. Она хватается за него, как за последнюю соломинку, явно собираясь опустошить до дна. Но я отбираю бокал прежде, чем ей это удается. – Много нельзя, притупляется реакция, а это опасно.
– Что ты собираешься делать? – спрашивает она, вытирая губы ладонью. Я смотрю на ее грудь в прозрачном бюстгальтере, на темные ареолы напряженных сосков.
– Ничего нового… для тебя, – медленно произношу я, опуская бокал на пол. – К изголовью, – резко требую я. Вздрогнув, Лиса ползет по кровати назад, вызывая у меня одобрительную улыбку. Я не смотрю в ее глаза, концентрирую все внимание на стройном теле, покрытом пурпурно-мрачными цветами. Наручники издают металлический скрежет, зажатые в руке, когда, опускаясь коленями на постель, я неумолимо следую за ней. Лиса упирается спиной в изголовье и испуганно всхлипывает, когда я опускаю холодные металлические браслеты на ее живот.
– На самом деле, они не нужны, Лиса, – говорю я, наблюдая как напряглись мышцы ее пресса от соприкосновения с металлом. – Это часть игры. Скажи, что не будешь дергаться, и они не понадобятся. Лиса закусывают нижнюю губу и кивает. Я по-прежнему, полностью сконцентрирован на ее шикарном теле, которое сигнализирует мне о согласии. Хотя в данной ситуации желание Лисы, либо ее отсутствие мало что решает.
– Убери их. Сама, – мягко прошу я. Она берет наручники двумя пальцами и бросает в сторону. – Сними бюстгальтер, – добавляю жестче. – Не заставляй меня просить третий раз.
Лиса в защитном рефлексе обхватывает себя руками, но, когда я снова тянусь к парочке поблескивающих на белоснежном одеяле браслетов, девушка принимает верное решение, и снимает с себя немного неуклюжими движениями совершенно лишний кусок ткани.
– У тебя потрясающее тело, Лиса, – произношу я, глядя на ее приподнятую упругую грудь, которую не изменило материнство. – Это первое, на что я обратил внимание… после них…, – понизив интонацию до едва различимого шепота, я опускаю взгляд ниже и касаюсь татуированных лепестков на ее коже, начинающихся чуть выше колена. Мои ладони скользят по ее бедрам вверх, уверенно захватываю пальцами тонкую ткань стрингов уверенно стягиваю вниз. То же самое проделываю с чулками, но уже мучительно медленно.
– Рэнделл… – донесся до меня отчаянный шепот, когда мои губы дотронулись до первого распустившегося бутона на ее бедре.
– Хмм, – обвожу языком контуры рисунка, пробуя на вкус ее кожу, вспоминая, была ли она и раньше такой же сладкой. Мне кажется, она стала вкуснее. Ядовитая Кальмия. Она понятия не имеет, что я выбрал ее имя не случайно.
– Если все это игра, почему ты не можешь остановиться? Или изменить правила? Почему я? – в ее голосе прозвучали настолько искренние естественные эмоции, чтобы я оторвался от захватывающего процесса. Приподнявшись я переместился выше, обхватывая ладонью ее скулы. Попытки Лисы поймать мой взгляд не увенчались успехом, заданные вопросы повисли в воздухе. Горячее, влажное, тягучее напряжение между нами усилилось в разы, я нежно потерся носом о ее щеку. Свободной рукой откинул тяжелую волну темных волос ей за спину и прошелся губами по хрупкой шее.
