— А, по-моему, касается. Вы напали втроем на одного. Считаете, это честный поединок?
— Не твое дело. Уходи, — пригрозил аристократик уже не таким уверенным тоном. — Или пеняй на себя.
— Идёт, — усмехнулся старшекурсник. Хотя, показалось, грозно щелкнул зубами. Неспроста обидчики напряглись.
— Сам напросился. Проучите нахала. Люк! Арман!
Прихлебатели герцогства ринулись в бой.
Стук подошв о гладкие плиты, удар, потом еще и по коридору понесся дикий визг. Пухлолицый блондин отлетел в соседнюю стену и сполз по ней мокрой лужицей. Второго — Армана — старшекурсник поймал в тиски, блокировал выпад и жестко впечатал всем телом в косяк. Тот сдавленно охнул и остался лежать.
Последним в драку ввязался Винсан.
Зрение более-менее вернулось. Я сумела открыть глаза и увидела, как герцогству вломили кулаком в аристократическую физиономию.
Остро вскрикнув, он отпрянул, хватаясь за нос. По холёным пальцам хлестала кровь. А в глазах метался страх. Впервые в жизни мерзавец столкнулся с тем, кто не испугался его высокого статуса и посмел ударить. Так запросто, в обычной драке, словно тот — ничтожная пыль.
Все еще не веря в случившееся, Ишен лихорадочно потряс головой.
— Я это так не оставлю.
И попятился к торцу.
— Понял? Так не оставлю.
Вскоре, ковыляя и косясь в сторону победителя, сбежали его избитые дружки.
Обидчики исчезли и я, наконец, перевела дыхание. Под рёбрами ломило, во рту было кисло и отчего-то солоно. Села, ощущая тяжесть в голове, и тут натолкнулась на внимательный взгляд… Кая Хидинса.
— Мамочки, — отпрянула невольно.
— Я настолько страшный? — Парень улыбнулся.
Руки расслаблены, взгляд открытый. В мужской позе ни тени агрессии, отвращения или неприязни. Он действительно пришёл помочь.
— Нет, — ответила глухо. — Просто не ожидал.
— Не ожидал, что вмешаюсь и заступлюсь за тебя?
Неохотно кивнула.
— Они мерзавцы и трусы, Эдвард. Тем, кто поднимает руку на слабого и беззащитного, в Эвер-Ниаре не место. И тем более не место на факультете защитников. — Кай сел на корточки и протянул мне руку. — Хватайся.
Вложила пальцы в горячую широкую ладонь, начала выпрямляться, но тут из глаз посыпались искры.
Я застонала, хоть и понимала, что выдаю себя с головой. Мужчины обучены терпеть боль, но я не мужчина, и едва могла дышать.
— Вот так. Тихонько, Эд. Тут рядом галерея со скамейками. Дойдешь?
Стиснув зубы, повисла на Кае.
— Попробую.
Наконец, меня усадили на скамью с резными ножками. Галерея оказалась весьма уютной. Рядом еще две скамейки из белого дерева и маленький столик. Сверху льётся свет декоративных фонарей. В нишах благоухают цветы в глиняных горшках.
— Посиди, — велел Хидинс. — Соберу книги с пола.
От благодарности даже растерялась.
— Спасибо, Кай.
Боевик отмахнулся «не за что», скрылся за углом и вернулся со стопкой учебников.
— Теперь рассказывай. За что они тебя избили?
Я потупила глаза. Каждый новый вдох причинял адскую боль, хотелось просто сидеть и молчать. А еще лучше уткнуться Каю в мускулистое плечо и разреветься. Выплеснуть всю боль слезами, как делают все беззащитные леди. Но я не могла. Проглотила горький комок.
— Винсан невзлюбил меня с первого дня. Считает, оскорбляю его своим присутствием.
— Кретин, — гневно рыкнул Кай. — В Академии все равны. Завтра же обо всём доложу Дюрбэ.
Я невольно сжала его руку.
— Не надо, Кай. — И тут же отпустила, вспомнив, кого он во мне видит. Хорошо, Хидинс не заметил.
— Почему? Нельзя оставлять твоё избиение.
— Да, но понимаешь… Как только ректор об этом узнает, начнёт выяснять, кто я и откуда. Будет интересоваться родными, а у меня… — слова резали горло стеклом, — с этим проблемы.
— Какие?
— Мой опекун, — я облизнула сухие губы, — он очень плохой человек. И очень влиятельный. Когда узнает, где я, сразу заберёт из Академии и потом…
— «Потом»? — Кай настороженно сузил внимательные глаза. В слегка приплюснутых зрачках блеснула необъяснимая желтизна.
Посадит под замок, и когда наступит момент, опустошит опасным ритуалом, после которого я, скорее всего, умру, мелькнула темная мысль.
— Мне будет очень плохо. Пожалуйста, Кай. — Умоляюще посмотрела ему в лицо. — Никому не рассказывай.
Старшекурсник обхватил меня за плечи.
— Тише, Эд. Я не болтун. Скажешь, буду молчать.
— Молчи, — попросила, сглатывая стон.
— Уверен?
Медленно кивнула.
Он с минуту задумчиво тёр шею и сложил для себя цельную картинку:
— То есть, ты сбежал от опекуна и тайно поступил в нашу Академию?
Терпеть не могу делиться секретами с малознакомыми людьми. Но тут без вариантов.
— Да.
— И теперь, если он тебя найдет, сделает что-то дурное?
— Правильно, — я зажмурилась. От боли под рёбрами начинало плавать перед глазами. Надо бы лечь в кровать. А то завтра не смогу пойти на занятия.
Вдруг над ухом раздался тихий, вибрирующий рык.
Подняла глаза и сжалась. Кай втягивал мой запах, при этом странно жмурился, а его ноздри трепетали.
— Ты что делаешь? — Воскликнула.
— Твой запах, — открыв глаза, Хидинс облизнулся. — Обратил внимание еще на станции, но думал, ошибся. Нет. Сейчас то же самое.
— То же?
— Пахнешь, как девчонка.
