Я оглянулась к Золейман, чтобы предупредить о выходке герцога. Однако крыльцо пустовало. Решив, что женщина зашла в Академию по делам, сосредоточилась на себе. Тошнота отпустила, уже хорошо.
— Я кое-что слышала про Башню, — вдруг Мия обвела нас тяжелым взглядом. — О том, почему туда не пускают.
Альберт усмехнулся:
— И почему?
— Внутри обитают не упокоенные души.
Как специально в этот момент солнце исчезло, на задний двор синей вуалью упала вечерняя темнота. Я поежилась.
— Чьи? — Усомнились боевики.
— Бывших смотрителей. — Ансур задрала голову, глядя в окошко под самой крышей. Оно слабо светилось. — Их много раз пытались упокоить, но души по-прежнему заперты в башне. Раз в месяц, при полной луне их можно увидеть вон в том окне. За все время работы Академии в маяке погибло трое студентов. Одни из любопытства, другие по глупости. После этого Башню закрыли.
Маги-боевики переглянулись с усмешкой.
— Чушь, — и продолжили чистить двор.
Альберт воспринял историю с большим уважением.
— Познавательно, — поскрёб гладкую щеку и добавил: — Спасибо.
Мия пожала плечами.
— На темном факультете только об этом и говорят.
— Значит, хорошо, что мы не на темном факультете, — хором ответили парни.
— Да ну вас, — обиделась девушка. — Я серьёзно, а вы…
Насупившись, она начала яростно мести, я же сузила глаза, разглядывая таинственную махину на фоне облачного неба. Ее строили толковые мастера. Белые гладкие стены блестели, словно отполированный кварц. Под крышей виднелся огромный нерабочий фонарь, некогда сиявший на сотни миль вглубь синих вод. Стёкла окон покрывали защитные символы.
Вдруг из полутьмы раздался визг. Острый и пронзительный.
Мы дружно оглянулись, не зная чего ожидать. Оказалось, из синего сумрака, оскальзываясь на подмерзших лужах, бежал Винсан. Без лопаты, с выпученными глазами, насмерть перепуганный и белый как мертвец.
— Вернулся, прогульщик? — Рассмеялись боевики.
Винсан был слишком испуган, чтобы огрызаться. Отчаянно хватал воздух и дрожал.
— Там… там…
— Что? — Повторил Альберт.
— Убитый. У маяка.
— Это нормально, — боевики продолжали потешаться. — Говорят, маяк вообще кишит злобными призраками.
— Болваны. Там студент, — рявкнул мой извечный обидчик.
Весёлость мигом испарилась. Боевики насупились, а Мия побледнела. Из всех не растерялась только я.
— Покажи.
В другой день меня бы послали к демонам или сделали вид, что я — пустое место, но сегодня герцог удивил:
— Пошлите.
Он не солгал. В темноте действительно лежал молодой человек. Сначала из-за кустов возникли ноги в высоких сапогах, затем мантия и само тело с раскинутыми руками. В сумерках лицо казалось размытой кляксой; разобрать, кто перед нами мы не смогли. Зато разглядели много крови.
— Здесь все ей забрызгано, — Альберт оглядывал отсыпанную гравием дорожку, голые когти кустов и стену маяка. — А вот орудия преступления я не вижу.
— Как и следов преступника. — Боевики покосились на Винсана странными взглядами. То же проделали Альберт и Мия.
У герцогства от неожиданности задергались губы.
— Эй. Хватит таращиться! Я ни при чём!
— Ректор разберётся, кто при чём, — с умным видом решили парни, — а его, — махнули на тело, — надо бы отнести в лазарет. Помогите.
Когда убитого юношу вынесли на свет, Альберт побелел.
— Я его знаю. Это Рик с третьего курса. Наши комнаты по соседству. Кто мог желать ему зла?
— Кто угодно, — фыркнул герцогство. — Давайте, быстрее. Жутко тяжелый.
Я и Мия плелись позади, постоянно оглядываясь. Никого подозрительного; зато весь снег был усыпан волчьими следами. Кай говорил: волки стерегут Академию, их не зачем боятся. Но что если среди стаи притаился душегуб?
Бросила взгляд на бледного Рика. Весь в запекшейся крови, а вот раны отсутствуют. Будь это волки — остались бы следы от зубов и когтей, укусы, порезы; выходит, хищники его не трогали. Но и не защитили, хмыкнула про себя.
— Куда вы пропали? — Недовольно воскликнула Сильвия, едва мы вывернули к заднему крыльцу. Хотела отчитать, но заметила погибшего студента. — Творцы! Откуда?
— Нашли у маяка. Кажется, не дышит.
— Быстрее в лазарет, — крикнула нам. — А я сообщу ректору.
Через пять минут мы ввалились в мужское крыло лазарета. Мне моментально сделалось не по себе. Я обещала держаться от доктора подальше. И сама же нарушила клятву.
Рэн возник из смежного перехода. Без лишних вопросов помог уложить студента на койку и лихо рванул на нем ученическую мантию.
Я невольно залюбовалась строгим профилем беловолосого мужчины, прошлась взглядом по крепким запястьям, выглядывающим из-под белоснежных манжет. Сильные, но не широкие, по коже вьются огненные узоры. Интересно. Еще вчера я их не видела, а сегодня руки доктора украшали пламенные завитки. К чему бы это?
— Поможете ему? — Хмуро спросили парни.
Рэн разодрал пропитанную кровью рубаху Рика, после чего мы дружно ахнули. В области сердца виднелась несвежая рана с оплавленными краями, оставленная узким лезвием. Удар нанесли всего раз, но с такой силой, что оборвали парню жизнь.
Всё-таки убийство.
