Сокурсница гордо выпрямилась и исчезла.
С уходом девушки, кабинет совсем опустел. За партами остались только я, близнецы Рауль с Эмилем и герцог Винсан. У них в котелках бурлил насыщенный бардовый навар, и это косвенно указывало на то, что противоядие сварено — верно, и только в моём — пузырилась мерзкая темно-коричневая жижа.
— Прекрасно, Ишен. Ты получаешь зачёт. И вы, молодые люди.
Сильвия дождалась, пока парни обменяются довольными улыбками и уйдут, и развернулась ко мне. Коричневая жижа в котелке как специально испустила россыпь зловонных пузырьков.
Золейман скривилась.
— Отвратительно, Эдвард. Не понимаю, в чем причина. Ты всегда прилежно слушаешь, отвечаешь на парах. И вдруг такой результат.
— Дурно спал. — Ответила я. Надо же найти оправдание.
— Бывает, — женщина велела подниматься.
Я начала и тут заметила, как ее холодные глаза скользят по моему обручальному кольцу. Видит украшение?
Сдернула руку, и Золейман поспешно отвернулась.
— Придёшь на пересдачу в конце недели. Время и день будут указаны на информационном стенде внизу.
— Понял, — я окончательно выпрямилась, собирая вещи в сумку. Подумаешь, завалила «Яды и противоядия». Не смертельно.
— Ах, да, — дамочка всплеснула ухоженными ручками, оборачиваясь, — тебя спрашивал ректор.
Стало не по себе.
— Зачем?
— Не знаю. Зато могу подсказать, где искать. У него как раз закончилась пара. Если поторопишься, успеешь застать.
— Спасибо, — буркнула и поплелась в кабинет по Демонологии.
— Счастливо, Эдвард, — сахарно пропели в спину.
Не представляю, с чего мисс Сильвия отправила меня сюда. Когда я пришла — кабинет был пустым. Свет лился от тусклой магической лампы, стулья составили на столы, на окнах плотно задёрнули шторы.
Я оббежала глазами сумрачный класс и, пожав плечами, хотела уйти, как вдруг столкнулась в дверях с… Винсаном.
— Ты? — Герцогство ожидаемо перекосило.
С недавних пор парень притих: ни сальных шуточек, ни желания сделать пакость. Думаю, всему причиной наказание доктора Мальера. Ишен не помнил, откуда после Осеннего бала у него появились серьезные травмы, но интуитивно догадывался — дело во мне. А раз так, то меня лучше вообще больше не замечать.
— А ты кого хотел увидеть? — Бросила с вызовом.
— Мистера Дюрбэ, — оттеснив меня плечом, он ввалился внутрь.
— Тоже?
— Что «тоже»? — Взгляд Винсана зацепился за зеркало, накрытое светлой простыней. Там, за тонким льном, в магической ловушке обитало жуткое порождение Изнанки Арруана.
— Мисс Золейман сказала — меня ищет ректор, и он в этом кабинете, — пояснила я.
Винсан удивленно почесал затылок.
— Гх… То же самое мне сказал Кастэр.
Я насторожилась: зачем Сильвии и Альберту отправлять нас в пустой кабинет?
Ни с того, ни с сего дверь с грохотом захлопнулась.
Мы с Винсаном кинулись открывать и потерпели неудачу. Поверхность серебрилась блеклой сеточкой плетения — кто-то искусно наложил на нее заклятие «замка».
— Не открывается, — герцогство отдернул кисть, так как поверхность «укусила» его магией. — Ау, Низший!
Я с ужасом сообразила, что нас обоих завлекли в искусную западню. В доказательство откуда ни возьмись повеяло холодом. Так бывает, когда рамы неожиданно распахиваются, и внутрь влетает зимний ветер. Но ведь окна плотно заперты, даже шторы не шевелятся, а потом я увидела то, что заставило подавиться на вдохе.
С зеркала слетела белая ткань.
Синеватая поверхность всколыхнулась и начала светиться. Я ощутила ток воздуха. Поначалу не сильный, но постепенно темп нарастал. С учительского стола слетели бумаги, карандаши и все нырнуло в зеркальную поверхность.
Покачнувшись, поняла, что меня тоже тянет в зеркало.
Рядом заорал Винсан:
— Нас засасывает в демоническую ловушку! Эдвард, назад!
Не удалось. Зеркало играючи нас поглотило.
… Ноги сковало тяжестью, потянуло куда-то вниз.
Я закричала, потому что тело прошло сквозь толстую линзу, и я вывалилась в долине, укутанной серыми тенями. Пространство вокруг переливалось алой мглой, простреливая колени и локти резкой болью. Оказывается, рухнула на четвереньки, и только потом поняла, что кричу не я, а тот, кто сбоку.
Винсан.
И следа не осталось от того высокомерного, заносчивого аристократа с гордым взглядом. Рядом, свесив голову на грудь, хныкал одинокий, испуганный ребёнок.
— Какого Низшего? Куда я попал?
В этой нелепой, позорной позе он вдруг напомнил мне себя, когда я работала в таверне ван Хольтов. Раздавленный, сбитый с толку. Хотела его коснуться, но тени, чиркавшие долину, вдруг зашевелились.
Перемещение полоснуло голову острой болью. Я ненадолго забыла, кого в этом «месте» запер Дюрбэ, а теперь вспомнила.
— Мамочки, — выдохнув, подскочила.
Долина напоминала тихий уголок. В сумерках проступали высокие гребни холмов, дальше чахлый пролесок, а правее, буквально через сотню шагов чернели очертания одинокого замка. С виду он выглядел заброшенным и ветхим, но тени этого мира клубились вдоль прочного фундамента, намекая — все не так просто.
