– Нет, – перебила ее София на полуслове. – Он так же, как мы здесь, Констанция, живет во лжи. Он образован. Это человек высокой культуры. К тому же он истинный христианин, и ему претят этические установки фюрера. Но что он может поделать? – Из груди Софии вырвался тяжелый вздох. – Заяви он о своих убеждениях открыто, и его уже давно не было бы в живых.
Конни с отчаянием уставилась на бедняжку Софию. Как же искренне она заблуждается. Эта женщина слепа не только физически. Несчастная любовь к Фридриху ослепила и ее разум. Она с готовностью верит всему, что говорит ей возлюбленный.
– Я отказываюсь верить твоим словам! – с жаром воскликнула она. – Боже мой! И ты тоже не должна верить ни единому его слову. Разве ты не понимаешь истинную цель его намерений? Он же тебя просто использует, София. А что еще хуже и страшнее, возможно, он в чем-то заподозрил Эдуарда и сейчас пытается незаметно подобраться к нему через тебя.
– Ты ошибаешься, Констанция! – с яростью выкрикнула ей в ответ София. – Ты очень сильно ошибаешься… Ты совсем не знаешь Фридриха… Понятия не имеешь, о чем мы с ним беседуем, когда остаемся наедине. Он хороший! И я всецело доверяю ему. А когда война окончится, мы с ним просто исчезнем, и все.
– Нет, София. Умоляю, одумайся! Вам некуда будет бежать. Нет на земле такого места, где Фридрих смог бы спрятаться. – Конни хотелось кричать во весь голос. Наивность девушки приводила ее в исступление. – Его повсюду выследят и найдут. Найдут и заставят ответить за те ужасные преступления, которые он совершил перед человечеством.
– Мы отыщем такое место, где сможем быть вместе. – София недовольно надула губки и в этот момент стала очень похожей на избалованного ребенка, у которого только что отняли его любимую игрушку. Нелепость ее последних слов была столь очевидной, что Конни даже не знала, то ли ей плакать, то ли смеяться.
Тогда она попыталась зайти с другой стороны.
– София, – начала она прочувствованным голосом, – я хорошо понимаю, сколь глубоки твои чувства к Фридриху. Но ты ведь сама сказала, что это – твой первый любовный опыт. Не торопись с выводами. Возможно, через какое-то время ты сможешь взглянуть на все происходящее более трезвым взглядом. Возможно, это даже не любовь, а так… минутное увлечение… Потеряла голову на какое-то время, и все тут…
– Обойдемся без твоих наставлений, договорились? Да, я слепа, это правда. Но я взрослая женщина и хорошо понимаю, что именно я чувствую по отношению к Фридриху. Он вскоре уедет обратно в Германию, ненадолго, всего лишь на пару недель. А потом снова вернется ко мне. Вот увидишь! Пожалуйста, позови Сару. Пусть она отведет меня наверх, – вдруг приказала ей София властным голосом. – Я устала и хочу немножко отдохнуть.
В полной растерянности Конни вышла из комнаты. Впервые до нее дошло, что под хрупкой и беззащитной внешностью Софии скрывается сильная и волевая женщина, которая никогда и ни за что на свете не откажется от своей любви.
Несколько дней кряду Конни находилась под впечатлением их разговора с Софией. Все эти дни она мучилась, терзаясь сомнениями: рассказывать ли Эдуарду об откровениях его сестры или лучше промолчать? Рассказать – значит потерять единственную подругу и наперсницу, которая у нее есть сегодня. С другой стороны, если она промолчит, то не подвергнет ли тем самым всех их троих еще большей опасности? Между тем София после своей исповеди заметно дистанцировалась от Конни. А потому во второй половине дня Конни сейчас отправлялась на пешие прогулки по близлежащим окрестностям Парижа. Сад Тюильри, мост Согласия, куда угодно, лишь бы не сидеть в четырех стенах, не задыхаться от удушливой атмосферы дома с его такими непростыми обитателями. Как-то раз возвращаясь домой с променада, она вдруг заметила знакомое лицо на мосту. Мимо нее промелькнула девушка на велосипеде. В первое мгновение Конни замерла на месте как вкопанная, во второе уже пришло осознание того, что да! – она не ошиблась, но велосипедистка уже оставила ее далеко позади.
Венеция…
Усилием воли Конни заставила себя не оглянуться и продолжить свой путь к особняку Мартиньеров. Что, если за ней наблюдает противник? Она шла и размышляла о такой неожиданной встрече. Венеция рассталась со своей роскошной гривой и сделала короткую стрижку. И одета она была так, чтобы никак не выделяться из толпы. Ничего вызывающе яркого, броского, всего того, в чем любила щеголять Венеция в былые времена.
На следующий день Конни снова отправилась в Тюильри прежним маршрутом через мост и время подгадала такое же, как и накануне. В саду она долго сидела на скамье, любуясь золотисто-красным ковром из опавших листьев, которым осень украсила сад. Вполне возможно, Венеция обитает где-то неподалеку. У Конни сжалось сердце, так ей вдруг захотелось увидеть рядом с собой знакомые глаза, обнять
Целую неделю она ходила в сад, как на свидание, но больше так ни разу и не встретила Венецию.
