Ходиков? Это еще что такое? Спросить я не успел.
— Гремлин, — из-за стеллажа выглянула Агата и ухмыльнулась мне, — поверить не могу, что ты все-таки решился.
— Так это твой брат? — Оскар прямо-таки засиял, глядя на нее.
С ума сойти, они уже познакомились.
— Поверить не могу, что кто-то провел в твоем обществе больше пяти минут и не сбежал, — огрызнулся я и повернулся к Оскару. — Я Вася.
Он протянул мне руку, и я удивленно ее пожал. Впервые здороваюсь за руку со старшеклассником.
— Сбежать не выйдет, я же на работе, — Оскар кивнул в сторону кассы, охнул и тут же заспешил туда — его дожидалась недовольная очередь.
По дороге он обернулся к Агате, покраснев:
— В смысле, я бы и так не стал.
Я снисходительно хмыкнул. Это пока.
У прилавка толпилась очередь еще больше, чем в кассу. Я протиснулся к ее началу. Там, зажатый между шкафами, стоял автомат. Похожий на те, что ставят в магазинах и кинотеатрах, только куда более старый на вид. Опускаешь монетку и вытаскиваешь жвачку или маленькую игрушку. Я подошел поближе — этот автомат был наполнен разноцветными шариками. Таких я никогда не видел.
К автомату подошла крупная женщина со светловолосым мальчиком лет четырех, сжимающим в руке игрушечного робота. Мальчик пихнул робота под мышку, высунув язык от сосредоточенности, опустил монетку в серебряную прорезь, с трудом повернул ручку. Внутри машины защелкало, заскрежетало, и из окошечка в подставленную ладошку выскочил шарик розового цвета.
— Это мячики или конфеты? — Я пошарил руками по карманам джинсов.
Мальчик протянул шарик своей маме — и она покрутила верхнюю и нижнюю половинки в разные стороны. Шарик раскрылся.
— Это твой страх, — зазвучал голос Оскара над ухом. — В «Лавке» нельзя купить книгу просто так. Только через этот автомат.
По коже побежали мурашки. Женщина вытащила из шарика свернутую в спираль бумажку и показала Оскару.
— А — семьдесят пять, — кивнул он, постучал по клавишам компьютера и уставился в экран. — Первый стеллаж справа от вас, на третьей полке снизу.
Мама с мальчиком пошли искать книгу, а Оскар принялся пробивать покупки одному за другим в очереди.
— В каждом шарике из автомата — код книги, — попутно сообщил он мне. — В той, что выпадет, будет то, чего ты боишься больше всего. Эту-то книгу тебе и нужно прочитать.
Я подозрительно сощурился на автомат. К нему подошел парень в кожаной косухе с металлическими шипами.
— Но как такое может быть? — недоверчиво протянул я. — Откуда автомату знать, кто чего испугается и что кому нужно? Ведь выпадает случайно!
Парень крутанул ручку и поймал шарик темно-зеленого цвета.
— За всю историю «Лавки» автомат ни разу не ошибся, — Оскар явно был в восторге от этого.
Я оглянулся на сестру — она поймала мой взгляд и ухмыльнулась, лопнув пузырь.
— Раньше ходили слухи, что тут не обошлось без черной магии. — Оскар помахал в воздухе книгой очередного покупателя. — Глупости, конечно, но…
— Чувак, я ехал сюда за десять тыщ кэ-мэ, — встрял парень в косухе, протягивая Оскару бумажку из шарика. — Через три часа поезд, пошевелись, а?
Оскар что-то смущенно пробормотал, проверил код и отправил парня куда-то в глубь магазина. Потом отпустил последнего в очереди покупателя и оперся локтями на прилавок.
— Каждая из этих книг — особенная. Откроешь ее — и твоя жизнь изменится. Хочешь попробовать?
Я увидел, что он кивает на автомат, и понял, что до сих пор держу руки в карманах. Торопливо вытащил их.
— Мелочи нет.
Оскар открыл рот, собираясь что-то сказать, но тут вернулись мама с мальчиком. Оскар пробил им большую потрепанную книгу. Пока женщина расплачивалась, мальчик встал на цыпочки, стянул книгу с прилавка и с любопытством принялся листать страницы.
— Ай! — Книга и робот грохнулись на пол, а мальчик захныкал, растирая ладошку.
— Петя! Ну что это такое, на секунду отвернуться нельзя! — Мама посмотрела на его руки. — Ну все, все, ничего нет, все хорошо. На, держи своего робота, идем домой.
Она убрала книгу в пакет, кивнула Оскару и повела мальчика к выходу.
— Наверное, наткнулся на какую-нибудь жуткую картинку, — хмыкнула Агата.
Я отошел подальше от автомата.
— Как вообще можно добровольно… пугаться?! Кто в своем уме захочет…
Я поймал на себе осуждающие взгляды и осекся, чувствуя, как горят уши. Агата гадко захихикала. Даже Оскар смотрел на меня с недоумением, хоть и постарался сочувственно улыбнуться.
— Пойду осмотрюсь, — буркнул я, отступая за стеллажи.
Я прошел мимо того типа, на которого чуть не наступил перед этим. Он так и не отрывался от своей книги. Оскар еще назвал его каким-то смешным словом… ходик! Что это значило, я не понял, но, пока протискивался между покупателями, встретил еще нескольких странных людей. Две девушки лихорадочно набирали стопки книг, отталкивая друг друга. А один бородатый дядька ворвался в магазин, чуть не сбив с ног выходившую парочку, и промчался к автомату.
