Кристофер не вдавался в объяснения. Он сам ничего толком не понимал. В боку кололо, но инквизитор старался не отставать. Солдат, который таскается за его ведьмой, явно был в лучшей форме. Он быстро догнал кота и практически не отставал. Кристофер же едва поспевал за фамильяром, стараясь не выпускать из поля зрения чёрный хвост, торчащий к небу и пушащийся, словно шомпол.
Бальтазар забежал в какой-то двор и замер, растерянно озираясь по сторонам. В зоне видимости было пусто. Начал накрапывать мелкий дождик.
— Куда дальше? — солдат тоже озирался по сторонам и выглядел так, словно готов сворачивать шеи голыми руками.
Кристофер остановился, придерживаясь рукой за правый бок. В районе печени неприятно кололо. Ветер оглаживал обнаженную спину. Как-то он не сообразил, что надо бы накинуть что-то. Не до того было.
— Они там! — не своим голосом рявкнул кот и мгновенно увеличился. Боевая трансформация фамильяра внушала уважение. В бою с таким даже магу придётся нелегко. Да, победить такого можно, но остаться при этом невредимым не получится.
Огромный чёрно-лиловый монстр принялся разгребать землю, выворачивая камни.
— Лия! Амелия! — выл монстр, а в груди стало как-то гадко. Да, его ведьма жива, но если фамильяр вспыхнет и обратится пеплом, это будет означать только одно…
Голова раскалывалась. Перед глазами плавали светящиеся пятна. Шея затекла от неудобного положения. Медленно пришло понимание, что ей холодно. Руки занемели, а пальцы ног она почти не чувствовала. Словно этого было мало, её окатили ледяной водой.
— Да чтоб ты сдох! — с перепугу заорала ведьма.
— Это я уже слышал, — донеслось насмешливое.
Лия попыталась смахнуть влагу с лица, но руки оказались связаны над головой. Ведьма, щурясь, открыла глаза, с ненавистью смотря на того, кто разрушил её жизнь.
— Не ищи, — Калеб покачал у неё перед носом браслетом с колдовскими печатями. Вот так, переиграл и обезоружил.
Лия бегло скользнула взглядом по маленькой темнице, в которой оказалась. Каменный мешок без окон, но с несколькими небольшими отверстиями под потолком — вентиляция. Уползти в такие сможет разве что кошка, но никак не человек. Одна дверь, на которую спиной опёрся Аспис. Полковник лениво и даже равнодушно наблюдал за происходящим. Из обстановки было только вбитое в камень металлическое кольцо, к которому были привязаны её руки. Даже соломки не подстелили — приходилось сидеть на холодном камне. Почему-то в голову пришла мысль, что кричать и звать на помощь совершенно бессмысленно. Доигралась в детектива…
— А чего это ты не в ковене? — она, ухмыляясь, уставилась на Калеба. — Неужели выперли?! Поняли, что ты — ни на что не способная бездарность, ворующая результаты чужого труда?
Да, скалиться на бывшего глупо, но если предстоит умирать, так лучше сделать это достоинством. Эхо пощёчины отразилась от стен. Лия слизнула потекшую из губы кровь. Калеб никогда не отличался деликатностью.
— Вы отклонились от темы, — холодно проговорил Эдвард.
— Где Кристофер Элингтон? — едва ли не скрипя зубами, пробормотал Калеб.
— А мне почём знать? — равнодушно ответила ведьма.
— Скажешь где он — останешься в живых, — перешел к торгам колдун.
Лия с трудом сдержала порыв рассмеяться. Она всегда была сообразительной и прекрасно понимала, что жива ровно до тех пор, пока нужна похитителям. А вот лишние свидетели им явно не нужны.
— А где ведьма?
— Которая?! — удивился Калеб.
— Та, которая прокляла инквизиторишку. Это был не ты. Тебе силёнок на такое проклятие не хватит.
— Всё таки это она сняла проклятие, — бывший повернулся к полковнику. — Говорил же?
— Скажи, где Кристофер Элингтон, и всего лишь умрёшь, а не лишишься рук, — полковник сверлил её взглядом.
Это было уже ближе к истине. Выбор, стоящий перед ней, был не то чтобы заманчивым. Калекой стать не хотелось. Жить же хотелось очень сильно. До боли в груди, до трясущихся пальцев. Она и не жила толком ведь. И Бальтазара жалко. Исчезнет ведь. Вспыхнет с последним ударом её сердца и обратится пеплом. А ведь она так хотела уехать на юг, к морю, где наглый кошак сможет каждый день лакомиться рыбой. И что в итоге? Умрёт в какой-то затхлой подземной комнатушке. И вот сдался ей этот ночелётник? Сидела бы дома и не лезла в то, во что лезть не стоило. И почему попу всегда так тянет на неприятности?
— Я не знаю. Он оправился и ушел, — ровно ответила Лия.
— Ложь, — сквозь зубы прошипел Калеб. В вороте его рубахи мелькнул пёстрый чешуйчатый бок — Аиша предпочитала проводить время на теле своего человека. — Он не мог оправиться от проклятия так быстро.
— Ну не ушел, так уполз. Я гостеприимством не отличаюсь. Выставила за порог при первой же возможности, а куда дальше — не моя забота. Где это видано, чтобы ведьма инквизитору сопельки вытирала? — гордо ответила та самая ведьма, которая не так давно и блевотину с пола убирала.
— А проклятие зачем снимала?! — возмутился бывшенький.
— А какого Тёмного вы мне труп инквизитора во двор подбросили?! — Лия рявкнула так, что Калеб отшатнулся. — Вы бы его ещё на крыльцо положили и мелом обвели.
