Бальтазар спрыгнул с кровати и бесшумно удалился. Лия хотела прохрипеть, чтобы он лучше принёс ей водички, а не приводил непонятно кого. События минувшей ночи неторопливо всплывали в памяти. Это, конечно, объясняло, почему ей так паршиво. Но где она?
— Поздравляю, — в комнату вошел отвратительно жизнерадостный Кристофер, — ты в розыске.
Новость радовала куда меньше, чем чашка, которую ей приложили к губам. Первый глоток прошелся по горлу волной першения, дальше было легче. Бальтазар запрыгнул на кровать и свернулся клубком у неё в ногах.
— Вот мы и поменялись местами, — Кристофер довольно улыбался. Лия присмотрелась. В полумраке комнаты было заметно, что рубашка висит на нём, как на пугале.
Ведьма медленно осматривала комнату. Она точно не бывала здесь прежде. Ситуация медленно становилась напряженной. То, что Бальтазар был рядом и не нервничал, пока помогало не впасть в панику, вот только сам факт того, что проснулась в незнакомом месте и не помнит, как сюда попала, пугал. Но страшнее всего была слабость. Не столько физическая. В ней теплились лишь жалкие крохи энергии. Сейчас она абсолютно беспомощна, отчего вдоль позвоночника пробежал холодок. Слабая, уязвимая, в чужой постели и чужой, явно мужской, рубашке. Если на Кристофере одежда с чужого плеча сидела как на пугале, то на ней — как на швабре…
Лия растерянным взглядом скользила по комнате. Явно спальня. Кровать, на которой она полулежала, не широкая. Такие называют полуторными. Бельё простое, хлопковое, без изысков. Цвет казался каким-то серым. Обстановка была аскетичной. Окно занавешено плотной шторой, отчего в комнате был полумрак. Помимо кровати был письменный стол, на котором аккуратной стопкой лежали какие-то журналы для записей, и письменные принадлежности, а ещё стояла потёртая печатная машинка. Платяной шкаф тоже простой, без резьбы, но вместительный. Светильник всего один в центре потолка. Обои на стенах были однотонные, без узоров. Цвет она разобрать не могла, но явно какой-то неброский. Ковров, статуэток, вазонов с цветами и прочих мелочей для уюта видно не было. Комната явно принадлежала мужчине, причём одинокому.
— Предвосхищаю твой вопрос — мы в гостях у Аргуса, — на последнем слове Кристофер заметно скривился.
— И он покормил меня рыбкой, — довольно промурчал Бальтазар.
— А?!
Здравый смысл покинул её и возвращаться не собирался.
— К сожалению, плохие новости на этом не закончились… — Кристофер сжал её руку.
— Что не так?
В голове вспыхивали версии одна страшнее другой. Что ещё могло случиться? Проклятие сказалось на её здоровье? Она умирает? У неё опять отобрали лицензию на торговлю? Или, что ещё хуже, мать приехала в Оверидж? От последнего волосы на голове зашевелились от ужаса.
— Мы ничего толком не смогли сделать… — мужчина как-то смутился. Глаза подозрительно бегали, избегая встречаться с её взглядом.
— Что? Говори уже, — ладони вспотели от предчувствия чего-то ужасного.
-Пообещай, что не будешь кричать. Никто не знает, что мы здесь, — он дождался кивка. — Пока ты была без сознания… Аспис устроил очередной осмотр твоей лавки… С пристрастием…
Лия с хрипом вдохнула, собираясь экспрессивно высказать всë, что думает по этому поводу, но Кристофер успел захлопнуть ей рот ладонью, отчего крик превратился в мычание.
— Просил же, не кричи. Аргус сильно подставляется, пряча нас у себя. У него там целый штат поварят, если что. Или правильно говорить «пекарят»?
— Уеи-у-у, — промычала ведьма.
— Только тихо, договорились? — инквизитор пристально на неё посмотрел. Лия кивнула, давая понять, что взяла эмоции под контроль и орать не собирается. Хотя хотелось.
— Какого лешего?! — прошипела ведьма.
— Объясняю ещё раз: по официальной версии ты меня убила, спрятала где-то мой хладный труп и сбежала из города. Предположительно в орочьи земли, но это не точно. Аспис перевернул твой дом вверх дном. Лицензии, понятное дело, у тебя уже нет. Опять. Новости уже докатились до столицы, так что сама понимаешь, какие слухи ходят.
— Да как он всë это за ночь провернул?! — энтузиазм и трудолюбие врагов поражали.
— Мать, — подал голос фамильяр, — ты так-то три дня проспала…
Лия откинулась на подушку. Её жизнь кончена. Казалось, будто небо треснуло. Всë разделилось на «до» и «конец». У неё нет денег, нет дома, нет работы, даже репутации уже нет. Её обвиняют в убийстве… Что теперь с ними будет?!
Лия отвернулась к стене и с заметным усилием притянула к груди Бальтазара. Вот уж кто времени зря не терял и отъедался булками. Кошак и раньше был тяжёлый, а теперь просто стал неподъëмным. Или всë дело в том, что она толком не восстановилась?
— Ты чего? — Кристофер положил руку ей на плечо.
— Не хочу разговаривать, — прошептала ведьма, закрывая глаза.
Бальтазар, словно пытаясь хоть как-то поддержать, замурчал. Лия уткнулась носом в мягкую шерсть. Кот пах свежим хлебом.
— Не волнуйся. Всë наладится, — Кристофер погладил её по голове.
Звучало неубедительно. Лия тихо хмыкнула, выражая всё, что думает о подобном голословном утверждении. Ему легко говорить, у него поддержка рода, а она сама по себе…
