После ареста Лаврова был допрошен и М. О. Вольф. Хотя и доказывал он, что все напечатанные в «Заграничном вестнике» статьи были заимствованы из разрешенных цензурою иностранных книг и журналов, предъявленное ему обвинение недвусмысленно констатировало, что «в своей совокупности» материалы издававшегося им органа «носят характер отрицания веры, стремления к популяризации новых форм правления, распространения научных истин, противоречащих установленным взглядам».
Когда старшему сыну, Михаилу, было лет 10–11, Петр Лаврович пригласил к нему воспитателем на каникулярное время студента физико-математического факультета Петербургского университета Михаила Лепковского. Потом Лепковский несколько раз бывал у Лавровых, а вскоре исчез — уехал куда-то.
А в феврале 1864 года Петр Лаврович получил письмо из Сольвычегодска Вологодской губернии. Писал приятель Лепковского — поляк Викентий Журавский: «Вы меня не знаете, но я Вас знаю, как честного общественного деятеля и как честного человека… Скоро два года кончается, как вследствие политических обстоятельств моей родины я нахожусь в ссылке». Писал ссыльный, просил помочь с устройством его литературных произведений в «Библиотеку для чтения» (Петр Лаврович как раз в это время вел там отдел иностранной литературы), сообщал о горькой своей судьбе.
Дней через десять, все в том же феврале, Петр Лаврович еще письмо получил. На этот раз от черниговского землевладельца из села Плюево Федора Ивановича Лихачева. Удивленный отсутствием продолжения «Энциклопедического словаря» на букве «Е» («Словарь» к тому времени уже вынужденно прекратился), Лихачев пишет Лаврову так, будто неплохо его знает, очень доверительно: «В нашей литературе до тех пор не будет толку, пока будет существовать петербургская цензура. Правительство боится и не любит умных людей… Деспотизм силен при невежестве народа и суеверного сельского духовенства… Правительство нас кормит либеральными улучшениями, т. е. по губам текло, а в рот не попало. Говорят рабство уничтожено, — чепуха, разве мы с вами не рабы «сильных мира сего». Бедная, бедная и бедная Россия… Китай, чистый Китай!»
Лавров имел обыкновение хранить такого рода письма.
Еще письмо. Из Чердыни 16 ноября 1864 года пишет Лаврову сосланный туда С. Издебский: «Вероятно, Вы не знаете меня, но я имел несколько случаев убедиться в Вашей всегдашней готовности на доброе дело».
Лавров сказал на следствии, что Издебского, который просил его о работе в качестве переводчика, он знал «весьма мало, хотя, впрочем, помнится, встречал в комитете для пособия выпущенным студентам».
Знал революционеров мало, но случая помочь им никогда не упускал — очень характерно для Лаврова. В 1864 году был арестован один из активных участников «Земли и воли» П. В. Пушторский. По просьбе Пантелеева Лавров обратился в сенат с ходатайством об освобождении Пушторского под его поручительство. 5 сентября Пушторский был отдан на поруки Лаврову.
При обыске в 1866 году из бумаг Лаврова изъяли фотографическую карточку Пушторского, да фамилию-то в следственной комиссии не разобрали толком. Так и спросили: в чем состояли сношения с Пушкарским? Ну, Петр Лаврович не растерялся: «Фамилия г. Пушкарского мне ничего не напоминает…»
…19 мая 1864 года совершена была гражданская казнь Чернышевского. И без того тягостное настроение стало совсем плохим. Даже ближайшая приятельница, Елена Андреевна Штакеншнейдер, подмечает изменения в обычно ровном, спокойном Петре Лавровиче: «Лавров иногда бывает не в духе…» Все больше скепсиса, горечи, а то и раздражения.
После насильственного устранения Чернышевского с арены российской идейно-политической жизни Лавров начинает настоящую борьбу за него. Собственно, борьбу эту Лавров повел сразу же после ареста Чернышевского в 1862 году.
Из письма П. В. Анненкова И. С. Тургеневу от 27 января 1879 года: «Не могу удержаться, чтобы не сообщить Вам анекдот из жизни… курьезного Лаврова. При арестовании Чернышевского он явился на заседание комитета Л[итературного] фонда, где тогда я состоял членом и чуть ли не секретарем, с предложением выйти в полном составе на площадь и от имени всех литераторов требовать через депутацию у царя освобождения Чернышевского. Ковалевский (председатель комитета Литфонда. —
