Спустя час, после того как фургон бродячих артистов прогромыхал по дороге на север, Слай Моуди надел свое самое теплое пальто и сапоги и сказал Карле, что не может больше оставаться здесь и сидеть сложа руки. Он идет через лес к дому Билла Макгенри, чтобы рассказать историю о девушке, которая своим прикосновением может вернуть дерево к жизни. У Билла Макгенри припрятан грузовик и бензин. Еще Слай Моуди сказал, что собирается поведать всем, кто его услышит, о девушке, сотворившей чудо, и о том, что еще не все надежды умерли. Он хочет подняться на вершину горы и прокричать оттуда имя девушки, а когда созреют яблоки, приготовить джем и пригласить всех, кто живет на заброшенных фермах в пределах мили, чтобы поделиться с ними чудом.
Потом он обнял женщину, которая была ему как жена, и поцеловал. Ее глаза засверкали, словно звезды.
Джип грохотал по заснеженной, изрытой колеями дороге, минуя разбитые и брошенные владельцами машины, черневшие по обочинам. Тут и там в серых сугробах лежали замерзшие трупы, и Сестра увидела одного с воздетыми руками, словно в последней мольбе о пощаде.
Они подъехали к безымянному перекрестку, и Пол резко сбавил скорость. Он посмотрел через плечо на Хью Райана, который втиснулся сзади вместе с багажом. Хью, держа костыль обеими руками, храпел.
— Эй! — сказал Пол и осторожно потряс спящего. — Просыпайся!
Хью всхрапнул еще раз и наконец открыл плотно закрытые глаза.
— Что это? Мы уже приехали?
— Черт возьми, нет! Мы, должно быть, ошиблись и уже миль пять едем не той дорогой! Здесь нет никаких признаков жизни!
Пол посмотрел на окружавшую их местность через лобовое стекло и почувствовал угрозу новых снегопадов. Свет как раз начал убывать. Пол не хотел смотреть на прибор, чтобы удостовериться, сколько осталось бензина, потому что и так знал, что они едут уже на копоти.
— Я думал, ты ориентируешься, куда ехать! — бросил он через плечо.
— Да, — заверил Хью, — но прошло уже немало времени с тех пор, как я отваживался далеко уезжать от Моберли.
Он вгляделся в унылый ландшафт и изрек:
— Мы на перекрестке.
— Мы это знаем. Какую нам теперь выбрать дорогу?
— Здесь должен быть знак. Может быть, его свалило ветром.
Хью поменял положение, пытаясь найти привычный ориентир. Правда, которую он скрыл от Сестры и Пола, заключалась в том, что он никогда не бывал здесь раньше, но очень хотел уехать из Моберли, потому что боялся быть убитым среди ночи из-за своих запасов шерстяных одеял.
— Ну, давайте подумаем: по-моему, я припоминаю большую рощу старых дубов, возле которой мы сворачивали направо.
Пол закатил глаза. По обеим сторонам узкой дороги стоял густой лес.
— Слушай внимательно, — сказал Пол. — Мы у черта на куличках, у нас заканчивается бензин, а в данный момент здесь нет канистр, откуда можно было бы перелить его в бак. Уже темнеет, и я думаю, что мы сбились с дороги. А теперь скажи мне, почему я еще не свернул твою тощую шею?
Хью смотрел уязвленно.
— Потому, — сказал он, исполненный достоинства, — что вы приличный человек. — Он метнул взгляд в сторону Сестры, которая, обернувшись, смотрела на него уничтожающе. — Я действительно знаю дорогу. Правда знаю. Я ведь провел вас вокруг сломанного моста?
— Куда ехать? — прямо спросила Сестра. — Налево или направо?
— Налево, — сказал Хью и тотчас же пожалел, что не сказал «направо», но было уже поздно, а ему не хотелось выглядеть идиотом.
— Или Мериз-Рест окажется за следующим поворотом, — предупредил Пол, — или нам вскоре придется прогуляться.
Он завел джип и повернул налево. Дорога вилась между мертвыми деревьями, их ветви переплелись и закрывали небо.
Хью устроился поудобнее, ожидая упреков, а Сестра дотянулась до лежавшей у ее ног кожаной сумки. Она нащупала внутри стеклянное кольцо и вытащила его. Положив кольцо на колени, она вглядывалась в его мерцающие глубины, манившие сверканием драгоценных камней.
— Что ты высматриваешь? — спросил Пол. — Есть что-нибудь?
Сестра покачала головой в ответ. Краски переливались и играли, но картин еще не составляли. Как и почему работало стеклянное кольцо — это оставалось загадкой. Пол сказал, что, по его мнению, радиация, возможно, превратила стекло, драгоценные камни и металлы в своеобразную сверхчувствительную антенну, но на что она была настроена — никто из них сказать не мог. Сестра и Пол пришли к согласию, что стеклянное кольцо ведет их к кому-то и что слушаться его означает отринуть ту часть своего «я», которая отказывалась от веры в чудеса. Использование этого кольца было равносильно прыжку в никуда, отказу от сомнения, страха и других эмоций, засорявших ум. Применение его было окончательным актом веры.
«Ближе ли мы к ответу на наши вопросы или дальше? — мысленно спросила Сестра, вглядываясь в кольцо. — Кого мы ищем и зачем?»
Ответы на ее вопросы могли быть выражены символами и картинками, знаками, тенями и звуками — отдаленными человеческими голосами, скрипом колес или лаем собаки.
