Они наугад двинулись вперед по воде, доходившей им до плеч. Впереди по-прежнему царила тьма, ни малейшего намека на выход из туннеля. Сестра вздрогнула, когда в десяти футах от них огромный камень величиной с крышку люка обрушился на смятый автомобиль. Приближался шум водопада, а туннель над их головами стонал, сдерживая напор Гудзона. Далеко позади послышался еле различимый крик:
— Вернитесь! Пожалуйста, вернитесь!
Она пожелала Джеку Томашеку всего хорошего, а потом голос его пропал в реве водопада. Сумка Сестры наполнилась водой, промокшая одежда отяжелела, но женщина держала зажигалку в вытянутой руке. Пальцам было горячо, однако Сестра не смела погасить огонек. Она видела, как пар от дыхания стелется понизу, от воды ноги потеряли чувствительность, закоченевшие колени ныли.
«Еще шаг, — твердила она. — Потом еще один. Не останавливаться».
Они миновали сюрреалистическое нагромождение железа. Латиноамериканка закричала от боли, когда какая-то железка под водой порезала ей ногу, но стиснула зубы и не дрогнула. Немного дальше Арти зацепился за что-то и упал, но поднялся, отплевываясь и кашляя.
И тут коридор повернул.
— Стоп, — сказала Сестра.
Перед ними, поблескивая в слабом свете, сверху потоком лилась вода, перекрывая туннель по всей ширине. Им предстояло пройти через водопад, и Сестра знала, что это такое.
— Мне придется выключить зажигалку, пока мы не пройдем насквозь, — сказала она. — Всем держаться как можно ближе друг к другу. Готовы?
Она почувствовала, как Бет сдавила ей руку. Арти гаркнул:
— Готовы!
Сестра погасила огонь. Их поглотила тьма. Сердце Сестры бешено колотилось. Женщина сжала зажигалку в кулаке, защищая от воды, и двинулась вперед.
Удар падающего потока сбил ее с ног. Она потеряла руку Бет и услышала вскрик. Испугавшись, Сестра попыталась встать на ноги, но на дне было что-то скользкое и вязкое.
Вода попала Сестре в рот, в глаза, она не могла вдохнуть и в темноте сбилась с дороги. Левая ее нога застряла, зацепившись за какой-то предмет. Из груди готов был вырваться крик, но она знала, что, если сдастся, они все погибнут. Она шарила свободной рукой по сторонам, пытаясь другой держать зажигалку. За ее плечо уцепились чьи-то пальцы.
— Я держу тебя! — крикнула Бет, хотя и ее вода сбивала с ног.
Фелпс поддерживала Сестру, пока та с трудом вытаскивала ногу, едва не разорвав кроссовку. Освободившись, Сестра повела остальных подальше от этого препятствия.
Никто не заметил, сколько времени им понадобилось, чтобы пройти водопад: может быть, две минуты, а может, и три. Но вдруг стена потока кончилась, и Сестра больше не хватала ртом воздух. Голова и плечи у нее были избиты так, словно ее использовали как боксерскую грушу.
Она крикнула:
— Мы прорвались! — крикнула она. И повела их дальше, пока не ударилась боком о торчавшее из воды железо. Снова взяв зажигалку, она попыталась высечь огонь. Сверкнула искра, но пламени не было.
«О боже!» — подумала Сестра.
Вторая попытка. Брызги искр без огня.
— Давай, давай! — выдохнула она.
Третий раз — безуспешно.
— Загорайся, черт тебя побери!
Но огонь не загорелся ни с четвертой, ни с пятой попытки, и Сестра стала молиться, чтобы зажигалка не намокла и сработала.
На восьмой попытке появилось маленькое слабое пламя, поколебалось и почти исчезло. Сестра догадалась, что бензина осталось на донышке.
«Нужно выбраться отсюда прежде, чем зажигалка совсем выдохнется», — подумала она и только теперь поняла, насколько здравый смысл может зависеть от крошечного колеблющегося огонька.
Рядом с ней, как морда аллигатора, из воды торчали измятая решетка радиатора и капот «кадиллака». Перед ней кверху колесами лежал другой автомобиль, весь покрытый водой, с сорванными шинами. Путники попали в лабиринт многочисленных обломков. Круг света от зажигалки стал заметно меньше, чем раньше. Зубы Сестры начали выбивать дробь, ноги от холода налились свинцом.
Они продолжали идти — осторожно, шаг за шагом. Туннель над ними опять застонал, и снова в воду посыпался щебень — но вдруг Сестра обнаружила, что вода спала. Теперь им было по пояс.
— Выходим! — закричала она. — Слава богу, мы выходим!
Она вытянула руку с зажигалкой вперед, но просвета еще не было видно.
— Не останавливаться! Мы почти на месте!
Ее нога задела что-то на дне. Из воды ей в лицо вырвались пузыри, и прямо перед ней всплыл труп, черный и искривленный, как коряга: руки, словно примерзшие к щекам, рот, застывший в беззвучном крике.
Зажигалка потухла.
Труп в темноте прислонился к плечу Сестры. Она замерла. Сердце ее готово было выпрыгнуть из груди, и она поняла, что либо потеряет рассудок, либо… Она судорожно вдохнула и локтем оттолкнула труп в сторону. Он снова затонул с шумом, похожим на смешок.
— Я выведу всех отсюда, — услышала Сестра собственную клятву, и в голосе ее прозвучало такое упорство, какого она за собой не знала. — Плевать на темноту! Мы выйдем!
Она сделала еще один шаг, а потом еще один…
Постепенно вода опустилась до колен.
