- Стойте! – упираясь, завопил послушник. – Да стойте же, господин граф! Нам в другую сторону!
- Как в другую? Вверх? Но там же монастырь!
- Нет же, нет! Эта тропка то поднимается, то опускается, и сейчас вы как раз направляетесь к монастырю!
Карл, закатив глаза, отпустил проклятье и ринулся в противоположную сторону. Послушник устремился за ним. Стройный и гибкий аристократ в гвардейском мундире, пусть и изрядно порванном, двигался так быстро, что увалень-послушник, путающийся в полах длинной рясы, с трудом поспевал за ним.
Наконец, Карл выбился из сил и прислонился к чахлому дереву, росшему возле огромной, покрытой мхом скалы. Послушник, тяжело дыша, опустился рядом.
- Только минутку, - проговорил он. – Только одну минутку, не больше. Они гонятся за нами…
- Как мы от них скроемся? – прерывающимся голосом спросил Карл.
- Не беспокойтесь… я обо всем позаботился…
Они замолчали, и несколько мгновений было слышно только их тяжелое дыхание, да шелест редкой листвы на дереве.
Но вдруг Карлу послышалось, что где-то далеко как будто захрустели ветки, а затем послышались человеческие голоса.
Он обернулся и увидел тревожный взгляд послушника. Не говоря ни слова, беглецы бросились дальше. К счастью, теперь бежать было легче, так как тропка шла вниз по узкой расщелине между скал и, наконец, вышла на узкую поляну, где Карл с радостью увидел свою лошадь, которая мирно щипала травку.
- Бегите, господин граф, бегите! – воскликнул послушник.
- Моя лошадь! Как она здесь оказалась?
- Я вывел ее из монастыря два часа назад…
- О друг мой! – Карл почувствовал, что на глаза ему наворачиваются слезы благодарности. – О друг мой! Но почему… почему ты все это делаешь? Ты ведь знаешь, что тебе грозит…
- Его преосвященство архиепископ все равно не дал бы мне житья, - с тяжелым вздохом сказал послушник. – Меня бы уморили в этом монастыре, я знаю.
- Но почему он тебя так возненавидел?
- Потому что я служу королю, и он это знает…
- Так, значит, ты действительно, следил за архиепископом?
- Да, - устало и равнодушно произнес послушник.
- Почему? – спросил Карл.
- Потому что он злоумышляет против короля.
Граф фон Плетценбург пристально смотрел на этого нескладного увальня. Он не понимал, откуда в этом человеке могла возникнуть такая преданность Людвигу Вительсбаху, который жил, погруженный в свои грезы в далеком сверкающем и холодном мире.
Послушник как будто понял, о чем думает граф.
- Когда-то давно, - сказал он, - когда-то давно его величество спас мне жизнь.
- Он? Спас тебе жизнь? – на лице графа появилось неподдельное изумление.
Он не мог представить себе, что Людвиг, надменный и утонченный, презиравший своих подданных, мог спасти кому-то жизнь, тем более какому-то деревенскому парню.
- Как это произошло? – спросил он, но послушник мотнул тяжелой, коротко стриженой головой.
- Сейчас не время, господин граф. Да и какая вам разница! Бегите, бегите!
- Но… король приказал мне ехать в столицу, - растерянно произнес Карл и отвел глаза. – И к тому же, как же ты? Они ведь тебя схватят?
- Не беспокойтесь. Я знаю тропку, о которой, может быть, не знают они. Я сам пойду в Лебединый замок. Но если я не дойду, тогда… - послушник почти умоляюще смотрел на Карла. – Господин граф, ради Господа нашего, возвращайтесь в Лебединый замок, предупредите короля!
- Но ведь ты же сумеешь убежать? – повторил Карл, на лице которого было написано душевное смятение. – Ты ведь сумеешь? Сумеешь?
- Не беспокойтесь, сумею… Бегите же, бегите! Они уже близко!
И послушник метнулся в сторону, туда, где у скалы начиналась неприметная тропка, уходящая к горному перевалу.
- Прощай! – крикнул Карл.
- Прощайте, господин граф! И да хранит вас Господь! – крикнул послушник и исчез за скалой.
Было уже почти совсем темно, но все же Карл увидел, как на поляне появились две огромных черных фигуры. Не теряя времени, Карл вскочил в седло и вонзил шпоры в бока лошади. Та сорвалась с места.
- Стой! – раздался разъяренный вопль, и возле левого плеча Карла просвистела пуля.
***
К воротам особняка, во всех окнах которого горел свет, подлетела пыльная карета без гербов, запряженная парой взмыленных лошадей. Из нее выскочил начальник гвардии. Увидев два десятка экипажей, бесчисленных лакеев и кучеров, заполнивших двор, он выругался.
- Старый идиот! Значит, вся столица уже знает, что министры съехались к нему и что-то обсуждают!
Он взлетел по лестнице и потребовал у лакея в раззолоченной ливрее немедленно позвать канцлера. Важный и надутый лакей, немного оторопев, отправился в зал, где проходило заседание кабинета министров и, выйдя через минуту, с подобострастной улыбкой сообщил начальнику королевской гвардии, что канцлер просит его скорее пройти в зал, где заседают их превосходительства, члены кабинета.