Встаю с пола, отряхиваю юбку и иду на выход. Телефон оживает, но никаких новых сообщений нет, только пара рекламных рассылок на почте, не стоящих внимания. Вызываю такси, кидаю скрин папе, чтобы не сомневался, что я не стану кататься ни с кем на трамваях. А дома падаю лицом в подушку и долго-долго лежу. Я даже не хочу читать. В моих любимых романах все или слишком хорошо, или слишком плохо, а я не вмещу в свое сердце еще хоть каплю чьих-то любовных страданий.
Уснуть получается так быстро, что, когда открываю глаза, не понимаю, спала вообще или нет. Над головой кто-то хлопает в ладоши, в комнате темно.
– В чем дело?
– Это я тебя спрашиваю, в чем дело? Мы с Антоном, – она отводит взгляд, – поговорили с Артуром и сегодня идем в ресторан.
– Идите. Благословляю ваш союз. Я никуда не пойду.
– Пойдешь. Я уже сказала родителям. На! – Она кидает мне пакет с логотипом какого-то модного бренда, и я его кое-как ловлю. На кровать оттуда падает что-то с воротом, напоминающее пиджак.
– Что это?
– И ты оденешься как подобает. Это уже не смешно. Чтобы моя сестра сидела и ревела, как идиотка, в коридоре на полу. Из-за какого-то бродяги. Не пойдешь – отцу все расскажу. Быстро! Собирайся.
– Вера. Ты не можешь и дальше решать за меня. Я. Никуда. Не иду.
– Идешь.
– А что потом? Ты так же придешь в мою комнату со свадебным платьем?
– Если понадобится.
– Ты правда веришь, что все делаешь правильно в своей жизни, чтобы лезть в мою? – спокойно спрашиваю я.
– Конечно. У меня отличные отношения, и… все идет правильно! И я желаю тебе того же!
– Хорошо. Замечательно, – безжизненно киваю я.
– Собирайся. Через час заедет Антон.
Я киваю снова. И достаю из пакета дорогущий оверсайз-пиджак, какой ни за что не оказался бы в моем гардеробе. Брюки палаццо, в которых, я уверена, буду чувствовать себя ужасно, и что-то вроде топа или корсета с открытой грудью и плечами. Я буду будто голая.
Примеряю одежду просто из интереса, а что, если бы я выглядела… так? Была такой. С ошейником-чокером на шее, в брюках и пиджаке словно с чужого плеча. В стильном черном топе, который подчеркивает каждый изгиб моей фигуры.
Я себе не нравлюсь. И самое главное, я точно знаю, кому еще это точно не понравилось бы.
– Готова? – Вера, одетая в точности как я, врывается в комнату без стука. – Выглядишь чудесно, – кивает она, улыбается мне и хватает под руку.
– Я никуда не хочу, – слабо протестую я, но она не слышит.
Мама с папой стоят внизу, обнимают нас на прощание, хвалят мой наряд, говорят, как им нравится.
Я только киваю. Перетерплю вечер, и Вера непременно поймет, что я не вписываюсь в ее чудесное общество, не подхожу этому парню и этим нарядам.
– Прекрасно выглядишь, – сально улыбается Антон, бесчувственно целует Веру в щеку и ведет нас к машине.
Вера какая-то нервная, Антон хмурый. Мне с ними неуютно.
У пассажирской двери, как верный улыбчивый пес, стоит Артур, радушно протягивая ко мне руки, но я качаю головой и делаю шаг назад. Все так наигранно! Ну не верю я, что Антон и Артур рады друг друга видеть настолько, что даже готовы обняться. Не верю, что все присутствующие хотят вместе провести вечер. Мне все это не нравится.
– Лида? – Вера обращается ко мне, а я трясу головой. – Лида! – рявкает она. – Идем, столик ждет.
– Нет. Я же говорила… не хочу.
– Лида, – шипит она сквозь зубы.
– Не пойду.
В глазах закипают слезы. Я не хочу иметь ничего общего с этим ужином, время тратить не хочу.
– Лида, я сейчас скажу отцу.
– Говори, – обрубаю я. – Мне плевать, я туда не пойду. Сами ужинайте, вам же есть о чем поговорить, вы друзья, я для вас – нет. Мне пора. Я наказана.
– А ну стоять! – развернувшись, слышу я голос Антона.
Он такой злобный, что меня передергивает.
– Антош, – успевает сказать Вера, но он смотрит на нее взглядом, приказывая замолчать.
Однако я уже скрываюсь в доме и иду к себе под удивленные взгляды родителей.
– Лида?
– Я никуда не пойду! Мне не нравится Артур, я не буду с ними ужинать! И встречаться с ним не стану! Я наказана и буду сидеть в своей комнате, можете запереть на ключ! – И, бросившись к себе, собираюсь закрыться на щеколду, но не успеваю.
Вера толкает дверь:
– Ты меня позоришь!
– Да, и всегда буду! Тебе досталась в сестры я. Ничего уже не попишешь, понимаешь?
Вера усмехается и прикрывает лицо ладонями, потом качает головой.
– Я всегда гадала… кто же тебя будет настолько достоин, чтобы ты ему отдала предпочтение. – Она поджимает губы, глядя в пол. – У меня просто вариантов не находилось, потому что принцы голубых кровей у нас не водятся. А оказалось, вашему высочеству нужен… – Она замолкает, подбирая слова. – Обычный мошенник, подделывающий медицинские справки всем желающим за пятьсот рублей?
У меня все внутри холодеет. Она знает. И это очень-очень плохо.
– У меня есть компромат на твоего Бродягу. Просто чтобы ты знала, – холодно сообщает Вера, скрестив на груди руки. Она больше не кричит и будто бы даже не злится, просто смотрит на меня с такой решительностью в глазах, что я ей верю. – Я не стану рушить его жизнь. Но, если ты совершишь ошибку, я пойду не к отцу. Я пойду в полицию.
– Что?
