Хотя… Зато я попрощаюсь. Я же готова?
– Зачем пришла? – Он дергает подбородком. Хмурит брови и вообще не улыбается.
– Я к тебе.
– М-м. Пропустишь?
Делаю шаг в сторону, он заходит, не включая свет, бросает куртку на письменный стол, проводит дважды по волосам и садится на край кровати, потом смотрит на меня, устало вздохнув.
– Ты был… с кем-то? – Это так глупо, что я решаю быть до конца откровенной. – Я ревную. Видела, как ты обнимался с какой-то девчонкой во дворе.
– Справку ей передавал, подсунул в карман, пока она меня обнимала, – кивает он. – А ты где была?
Справку передавал… Так, получается, вот чем он занимается, когда на нем виснут девчонки. Не могу не рассмеяться, поэтому отворачиваюсь, чтобы скрыть улыбку.
– Я пыталась сходить на свидание с Артуром. Не получилось.
– Какая жалость… для Артура.
Бродяга встает и, засунув руки в карманы толстовки, смотрит на меня сверху вниз, сосредоточенно, будто над чем-то размышляет.
– Ему бы повезло больше, чем мне, верно?
– Ему бы никогда не «повезло». – Мой голос становится напряженнее. – Неужели это не ясно?
– Лида.
Я ни разу не слышала, чтобы он называл меня по имени, и, услышав, думаю, что хотела бы слышать его чаще. Не принцесса и не Леди Джейн.
– Ты правильно сделала сегодня, когда прошла мимо. Прости, что наехал, это несправедливо. Ты вправе меня игнорировать, мы друг другу никто.
Я киваю.
– Ты… слишком замечательная, чтобы связываться с таким дерьмом, как я. Однажды очередной обиженка на меня донесет, и все закончится.
– Или это всплывет. – Артем кивает на потрепанную тетрадь, лежащую на столе. – Тут все контрольные, которые я когда-либо за кого-либо решал. Включая такие… что мне точно грозит увольнение как минимум. А важным богатым сыночкам богатых папочек – исключение. Им это не понравится, найдутся мстители, и… с этого места сценарий повторяется по первому варианту.
Я начинаю листать папку, чтобы занять руки, и торможу на одной из последних страниц. Знакомые буквы, я сама помогала Вере писать их на баннере перед той вечеринкой, где мы с Бродягой встретились. Контрольная просто огромная и не похожа на остальные. Имя в конце латиницей: Anton Vasiliev.
– Это что, тот страшный конкурс, из-за которого Антон едет учиться за границу в январе?
Бродяга не отвечает и даже не кивает.
– Ты выкрал работу и заменил? Ты… ее решил? Он же… Да его месяц чествовали. Его отец ему за победу машину подарил…
– Мне это неинтересно. – Он пожимает плечами. – Я просто делал то, что умею. Иначе меня это не прокормит. Только так. Сомневаюсь, что математики хорошо зарабатывают, а мне нужны деньги.
– Принеси это отцу, расскажи, он поможет. Без имен, просто… Хочешь, я расскажу ему какой ты…
– Нет.
Бродяга делает ко мне пару шагов и забирает тетрадь.
– Нет, ты забудешь про это и никому не расскажешь.
– Зачем тогда ты мне это показал?
– Хвастаюсь, разумеется. – Он улыбается мне, подмигивает, берет большим и указательным пальцами за подбородок и тянет вверх, чтобы я запрокинула голову. – Зачем ты пришла?
– Попрощаться, – выдавливаю из себя и чувствую, как картинка плывет перед глазами от выступивших слез. И как гаснет улыбка Бродяги.
– Попрощаться?
– Да. Просто…
– Не обязательно общаться в институте. – Он пару раз качает головой, потом усмехается. – Ну… Мы не обязаны афишировать, что…
– Что?
– Ты мне… вроде как…
– Ты тоже мне, просто…
– Слушай, ты же это не серьезно?
– Серьезно. Так будет лучше. Правда.
– Правда?
– Правда.
– Все решила?
– Да. Только… А можешь ты меня на прощание поцеловать? Ну просто чтобы я
– Не начинай, Леди Джейн, пожалуйста. Это плохая идея.
– Почему? Прошу тебя, это очень важно. Это в последний раз, ведь так?
– Не хочу. Это. Слышать.
– Один раз.
– А если ты потом не захочешь уходить?
– Разве это плохо?
– Есть шанс, что так и случится?
– Нет…
– Я все-таки попробую, – шепчет он у моих губ, а потом медленно целует.
Так нежно и почти невинно, будто это не более чем прикосновение, невесомое. Но я всхлипываю и цепляюсь за шею Бродяги, потому что не могу устоять на ногах. Он наклоняет мою голову в другую сторону и целует снова. Так легко, так же невинно, а внутри меня все сжимается от боли в сердце.
