Его нервы были напряжены до предела, и Пэнси прекрасно понимала почему. Она уже некоторое время наблюдала за спящим Драко, изучая его то приподнимающиеся, то вновь опускающиеся брови, его плотно сжатые губы и бледную кожу на лице, которая в полумраке комнаты походила на фарфор. Лунный свет серебрил его светлые волосы, разметавшиеся по подушке. Драко слегка поморщился во сне, и, хотя его веки были закрыты, Пэнси легко могла представить себе хаотично вращающиеся зрачки. Она провела кончиками пальцев по его щеке, ожидая, что Драко вздрогнет, но он не шелохнулся.
Она издала низкий смешок и улыбнулась своим мыслям.
— Совсем как статуя, — прошептала она.
И, словно булавку, упавшую в мёртвой тишине, Драко услышал её голос и медленно открыл глаза, встречаясь с пристальным взглядом карих глаз Пэнси.
— Ты вспотел, — негромко заметила она.
— Дурной сон, — отозвался Малфой бесстрастным тоном. Он приподнялся на локте и глубоко вздохнул.
— Не стоит так сильно волноваться, — попыталась успокоить его Пэнси, придвигаясь чуть ближе. — Скоро это всё закончится.
— Но пока не закончилось, у меня всегда будет повод для волнения, — мрачно произнёс Драко.
— Тогда дай мне отвлечь тебя, — промурлыкала она, растягивая губы в улыбке. — Мне всегда прекрасно это удавалось.
Драко шумно выдохнул и отстранился.
— Не сейчас, — решительно ответил он.
— Только не говори, что тебе не хочется, — не отступала Пэнси, игриво надувая губки. — Тебе ведь всегда это нравилось.
— Да… нравилось, — согласился Драко, чувствуя некоторую неловкость. — Но сейчас не самое лучшее время.
— Это из-за Грейнджер, да? — внезапно спросила Пэнси. Вопрос был настолько неожиданным, что сон с Малфоя как рукой сняло, и он уставился на Паркинсон со смесью недоумения и растерянности.
— Что?
Пэнси улыбнулась.
— Ты говорил с ней, — пояснила она, многозначительно вскидывая бровь. — Во сне.
— И что же я такого сказал?
— Ты просил её держаться подальше, — усмехнулась Пэнси. Драко мгновенно расслабился и вновь натянул на лицо маску безразличия.
— Это было предупреждение, — сказал он. — Наверно, я просто говорил ей держаться подальше от поместья.
Улыбка на лице Пэнси не дрогнула.
— Мы оба знаем, что любая девушка, занимающая твои мысли даже во сне, появляется там не только из чувства неприязни.
Она игриво взмахнула ресницами и поцеловала Драко в щёку, одновременно с этим проводя ладонью по его плечу.
— Никакой реакции, — наконец резюмировала она со вздохом. — Полагаю, можешь просто разбудить меня, если передумаешь.
Малфой подождал, пока Пэнси перекатится на свою половину кровати и удобно устроится на подушке, после чего лёг рядом, подложив руку под голову.
— Знаешь, — начал он, нарушая тишину, — когда-нибудь, когда ты найдёшь кого-то, нам придётся это прекратить.
— Знаю, — отозвалась Пэнси.
— Думаешь, это будет легко? — вдруг спросил Драко. — В смысле, оставить что-то настолько удобное и спокойное ради отношений, основанных только на любви.
— Мне было бы легко, если бы я нашла правильного человека, — пожала плечами Пэнси.
Несколько мгновений они лежали в полной тишине, пока Драко первым не нарушил её:
— Откуда ты знаешь?
— Потому что, если бы я полюбила кого-то так сильно, что даже мысль о предательстве причиняла мне боль, я бы легко оставила всё это.
— Даже меня?
— Даже тебя.
— Звучит очень самоуверенно, — усмехнулся Драко.
— Но я знаю, что это так, — ответила Пэнси, не колеблясь. Комната вновь погрузилась в тишину, но в этот раз её нарушила Паркинсон:
— А ты смог бы?
— Не знаю, — честно ответил Драко.
«Конечная остановка! Поезд дальше не идёт! Просим всех магов и волшебниц не забывать свой багаж и покинуть поезд», — прогремел громкоговоритель на платформе снаружи только что прибывшего поезда.
— Это и вас касается, мисс! — прозвучал над Гермионой низкий мужской голос.
Она распахнула глаза, спросонья не сразу поняв, где находится.
— Это конечная остановка, мы давно на окраине города, — сообщил мужчина в тёмно-синей форме проводника.
Гермиона резко выпрямилась в кресле и изумлённо огляделась по сторонам, поправляя спутанные волосы.
— Который час? — спросила она, только теперь понимая, что проспала почти всю дорогу.
— Чуть больше трёх, — ответил проводник, даже не взглянув на часы. Гермиона обратила внимание на его пронзительные тёмно-карие глаза, которые, впрочем, сейчас выглядели очень уставшими. — Вам следует покинуть вагон, мисс. Мы отъезжаем через десять минут.
— Мы ведь в пригороде, верно?
— Да, разумеется, — кивнул он, подозрительно глядя на Гермиону, пока она собирала свои вещи и заталкивала странную книженцию в сумку. — Вы ведь знаете, куда направляетесь?
— Ну… не так чтобы очень, — призналась Гермиона. — Я… — она не была уверена, что стоит продолжать вопрос — уж этот-то человек вряд ли подскажет, как добраться до замка.
— Я знаю эти места как свои пять пальцев, — заверил её проводник.
— Мне нужно попасть… в поместье Малфоев.
Свисток паровоза разнёсся по платформе, сообщая пассажирам, что пора уже или занять свои места, или покинуть поезд. Карие глаза мужчины сверкнули, и он отступил на полшага.
