Демонесса лишь поклонилась Карме и бросив пронзающий взгляд на побелевшего коротышку, исчезла в появившейся под её ногами пентаграмме. Мы спокойно прошли мимо стражи и прибежавших магов, обвешенных амулетами и с усиливающими посохами в руках, так как Карма предъявил им какие-то бумаги. И это ещё мне говорили не создавать проблем? Да я просто безвинный ребенок по сравнению с выходками своего учителя.
Только когда мы ушли от входа достаточно далеко, миновав несколько широких коридоров, я поравнялась с Кармой и тихо спросила:
— Если у нас было разрешение на вход, зачем ты устроил это представление?
— Лишь в очередной раз убедился в своей правоте, — ответил Карма с легкой улыбкой, словно мы обсуждали приятную погоду за окном. — Тот коротышка прекрасно знал, кто ты и зачем мы здесь, но тянул время. Не догадываешься, почему зная о грозящем наказании, он так нагло вёл себя в вначале?
Я больше не задавала вопросов, прекрасно понимая ответ. Я никогда не бывала во Дворце, так что вряд ли тот придворный знал меня из-за личной встречи. Неприятно осознавать, что против тебя выступают уже не особо скрываясь, уповая на могущество и власть. Ну ничего, я ещё покажу, что не только у них есть зубы, пусть и придётся подождать. Месть — блюдо, подаваемое холодным и хорошо подготовленным.
— Теперь я знаю, у кого ты подцепила манеру так красноречиво улыбаться, — тихо сказал Дар, и я только после этого заметила, что действительно мягко улыбаюсь, мечтая о предстоящей мести. — Ты воистину ученица своего учителя. И переняла у Кармы не только мимику, но и характер. Даже и не самые лучшие его черты.
— А ещё она злопамятная, и ей далеко в этом, по сравнению с её учителем, — улыбнулся Карма, немного обернувшись к нам. — Так что рекомендую при мне взвешивать каждое слово дважды!
Дару не пришлось намекать дважды, так что мой любимый лишь кивнул и замолчал. Дальше мы шли по одинаковыми светлым коридорам молча. Огромные окна с золотыми шторами из дорогого шелка, персиковые ковры на белоснежном мраморном полу, красивые картины в массивных рамах, расписанные вручную вазы и доспехи, стоимостью в целое состояние.
Всё это роскошество быстро надоело мне, хотя шли мы от силы минут десять, постоянно встречая или придворных, или слуг. И если с последними можно было спокойно разминуться, так как они явно было озабочены своими проблемами, первым почему-то хотелось обязательно обменяться с нами ничего не значащими фразами. Приходилось улыбаться до боли в мышцах и расшаркивать ножкой перед незнакомцами, словно они едва ли не наши родственники.
— Ния, сделай лицо проще, — шепнул Дар, когда мы наконец возобновили движение, выпутавшись из цепких лапок особо говорливой старушки, никак не желавшей отпускать такую «прелестную молодежь».
— Если меня ещё раз остановят ради обсуждения платья с прической или предложением познакомиться, я повешу всех любопытных на эти люстры, не обязательно в целом состоянии, — отозвалась я, мрачно осматривая большущую золотую люстру на сотню магических ламп. — Интересно, такое оформление перед предстоящем торжеством оценят? Я буду стараться сделать все красиво и аккуратно, честно!
— Чувствую, что я даже в этом случае не буду мешать тебе, а дам пару ценных советов, — мрачно буркнул Карма, уже порядком растерявший свою улыбку. — Они что, издеваются? Куда на этот раз они перенесли зал Совета? Каждый раз в новом месте, просто игра «Найди С-с-совет уро. вожаемых бля… агородных Ленов».
М-да, все эти якобы ошибочки понятны и уместны, так как я того же мнения об этих уро. господах. И ведь никакого поискового заклинания не бросить, внутри Дворца любая магия под строжайшим запретом, а кого не спроси, никто ничего не знает. Это было бы даже смешно, если бы касалось не нас. Когда мы уже готовы были наплевать на приличия и пойти на крайние меры, из-за поворота выплыл призрак девушки.
Точнее, я сначала приняла девушку за призрака из-за невозможно бледной кожи, несколько растрепанных белых волос и простоватого серого платья. Покрасневшие голубые глаза, кажущиеся ещё больше из-за черных кругов на пол-лица, наполнились слезами, а искусанные губы задрожали, и срывающийся голос едва слышно прошептал:
— Нияла, как же хорошо, что ты уже пришла.
— Кто это? — Дар шагнул ко мне, но опасаться девушку было бессмысленно, так как за всю жизнь она не обидела даже муху.
— Это дочка Агаты, Лилия, — спокойно сказала я, оглядывая сильно похудевшую и даже несколько измученную девушку. — Она безобиднее даже собственной тени.
— Ты знаешь, где сейчас заседает Совет? — обратился Карма к девушке, и Лилия молча кивнула, тихонько всхлипывая. — Отведёшь?
