— Способен, но пальцы использую для всех видов операций, даже для тех, что не являются абсолютно необходимыми.
— Любопытно… но, может, вернемся к более важной на этот момент?
Одна рука мисс Бентон скользнула в карман, к часам или какому-то предмету такого же размера, — через ткань платья он видел, как его обхватили ее пальцы.
Какое-то время она сидела молча, словно задумавшись, затем вытащила руку из кармана.
— Лучше зовите меня Касс, раз мы изображаем одну семью. И пусть имя вышей «кузины» тоже будет Кассандра, а то я все время буду забывать откликаться на какое-то другое.
— Ага, Кассандра, обреченная предсказательница!
— Не обреченная — проклятая. Никто ей не верил, хотя она всегда оказывалась права.
Пусть так. Его познания в греческой мифологии были неполными в лучшем случае.
— Мое крестильное имя — Джордж, — сообщил он. — Так меня и зовите. Имя расхожее и не означает ничего интересного. Вам нравится ваше?
— Оно прекрасно. Я бываю не всегда права, но люди мне верят.
— Как правило, верят тем, кто признает порочность рода человеческого, — откликнулся Джордж. — Хорошо, вы останетесь Касс. А фамилия у вас какая сейчас?
— Хм… Как насчет чего-нибудь интригующе иностранного, но созвучного Бентон, чтобы я, опять же, не забывала откликаться?
Джордж начал перебирать фамилии из готических романов, которые иногда читал:
— Бен… Бер… Бах… Хм! Может, Бенедетти?
— Пусть будет Бенедетти, — одобрила Касс. — Я потеряла голову от лихого итальянца, а он оказался жестоким подонком, и мне пришлось вернуться в лоно родной семьи.
— Это единственное, что может объяснить ваш неожиданный приезд и отсутствие багажа!
— Синьора Бенедетти — дама изобретательная, — заметила она горделиво. — Только так можно было сбежать от жестокого мужа: без вещей, словно вышла на минутку.
— Стоит ли нам рассматривать вариант, при котором эта отвратительная личность станет разыскивать вас?
— Нет необходимости, — губы ее дрогнули, но глаза оставались веселыми. — Он потерял ко мне всякий интерес, как только понял, что у меня нет приданого, и даже не стыдился демонстрировать своих любовниц.
— Мерзавец! — Джордж встал и протянул ей руку. — Вам нужно носить кольцо, если вы замужем. Позвольте мне подыскать что-нибудь, пока вы устраиваетесь в своей спальне. Дворецкий вас проводит, а оказывать услуги будет горничная моей матери. Сейчас начнем представлять вас, синьора Бенедетти.
— «Миссис» подойдет лучше.
Она тоже поднялась, вложив свою руку в его ладонь.
— Все-таки я англичанка, как и вы, так что не будем ничего менять.
Джордж тут же вспомнил, как коснулся языком ее ладони. О чем он тогда думал? Ни о чем, просто так ему тогда захотелось, а вот в этот момент он почувствовал желание пожать ее пальцы.
Она инстинктивно ответила на пожатие, и ему не было понятно, означает ли это что-нибудь.
Звонком Джордж вызвал дворецкого и представил ему гостью, миссис Бенедетти, дочь покойного герцога. Бейлис имел некоторое представление о слабостях старого герцога, поэтому нисколько не удивился.
— Конечно, милорд.
Бросив хозяину понимающий взгляд, он повел Касс в зеленую спальню, принадлежавшую сестре Джорджа до замужества, — самый приемлемый вариант для гостьи, связанной с семьей узами родства.
Все это не про Кассандру. При этой ее скептической усмешке, музыкальном голосе и ясном уме для Джорджа не существовало опасности забыть, что Кассандра Бентон не имеет к его семье никакого отношения.
Этажом выше, над гостиной, располагались комнаты его родителей. Он постучал в дверь материнской спальни, не очень рассчитывая на ответ. В этот час герцогиня всегда пребывала в сумеречном состоянии — полусна-полубодрствования.
Осторожно отворив дверь в спальню, Джордж увидел, что ничего не изменилось: герцогиня лежала в постели, хотя занавеси на окнах были раздвинуты и комнату заливал дневной свет, а на ней было утреннее платье. Помещение, как и все в доме, было тщательно убрано и вычищено, однако в воздухе висел пыльный запах засохших цветов.
— Мама! — тихонько позвал Джордж, опять не очень рассчитывая на ответ. — Я хочу тебя кое о чем попросить.
Ему пришлось, в конце концов, разыскать горничную матери и попросить принести шкатулку с драгоценностями. Джордж нашел Гатисс в гардеробной. Степенная женщина преклонного возраста занималась мелкой починкой одного из платьев герцогини. За последние годы ей редко давали поручения, связанные с драгоценностями, поэтому она, оживившись, забрала ключи от шкатулки принесла в спальню хозяйки.
— Но Лили умерла, — послышался голос герцогини, когда горничная отперла шкатулку. — Зачем тебе ее кольцо?
Джордж застыл на месте, Гатисс — тоже, с рукой, лежавшей на шкатулке. Герцогиня почему-то выбрала именно этот момент, чтобы вдруг вернуться в реальный мир. И как догадалась, что ему нужно именно это кольцо?
Да, Джордж когда-то был помолвлен, но его избранница умерла. Так что, конечно, ему не нужно это кольцо.
Это была давняя потеря, и сейчас боль, с нею связанная, уже превратилась в память, оставив шрам на том месте, где была рана, который иногда давал о себе знать.
