О, боже! Как все это непривычно, но великолепно, хотя и тревожно.
Для нее это нормально — восхищаться, решила Кассандра, тем более что она исполняла роль не привыкшей к роскоши девицы, которая вырвалась из родного дома, а потом вернулась на родину из-за постыдного поведения супруга. Конечно, леди Харроу порадовалась присутствию миссис Бенедетти, хоть и была немало удивлена.
Лорд и леди Харроу стали обладателями титула совсем недавно, что, по словам Джорджа, имело огромное значение для тех, кто скрупулезно отслеживает, что имеет к этому отношение. Чета Харроу была сказочно богата, имела самый большой особняк в Лондоне, но богатство к ним пришло то ли от контрабанды, то ли от нелегальной золотодобычи, то ли от чего-то подобного — никто не знал наверняка. А может, и вовсе они получили свое состояние от Вильгельма Завоевателя. Все это свидетельствовало лишь о том, что из-за более низкого общественного положения хозяева вечера будут из кожи лезть вон, чтобы всем доставить удовольствие и завязать отношения, а это, в свою очередь, означало, что угощение будет отменным и сплетен будет предостаточно.
Кассандра осушила еще один бокал шампанского, с восхищением любуясь блеском золота и изумруда кольца, надетого поверх белой перчатки. От всей атмосферы слегка кружилась голова. Наверное, надо притормозить с шампанским.
Джордж наклонился к ее уху:
— Поймали кураж?
Поставив пустой бокал на поднос проходившего мимо официанта, она кивнула:
— Да. И готова к работе. С кем вы познакомите меня в первую очередь?
— С Брейтуэйтом. Зовут его Лайонел, и он дружелюбен настолько, что может сразу предложить вам называть его по имени.
— Как и ваш отец, Деверелл, Джерри и Кавендер, это оставшийся в живых участник тонтины.
— Отлично! — ответил Джордж. — Брейтуэйт — младший сын покойного графа Алленби. Заметьте, все десять человек, заключивших тонтину, были младшими сыновьями. Старший брат Брейтуэйта совсем недавно унаследовал титул, и у него прекрасная большая семья.
Касс взяла это на заметку.
— Значит, Брейтуэйт исключен из линии наследования и, как младший сын, обречен зависеть от денежного содержания старшего.
— Такой вполне может соблазниться попыткой поторопить судьбу и добыть себе состояние.
— Вполне возможно. Или смириться с существованием стареющего дядюшки, — Кассандра вздернула подбородок. — Пойдемте, и я попробую определить, к какому типу он относится.
Брейтуэйт в этот момент разговаривал с приятелем, но Джордж прервал их беседу с полной уверенностью, что все рады его видеть.
Пожилой джентльмен вежливо поприветствовал подошедших, и, пока шло представление, Касс внимательно его разглядела.
Это был внешне приятный джентльмен лет шестидесяти, сильно загорелый, с вьющимися седыми волосами и резкими чертами лица, которым возраст не помеха. Несмотря на то, что его одежда была высокого качества, ее покрой уже несколько лет как вышел из моды (спасибо модным журналам квартирной хозяйки за столь глубокие познания!) и она уже демонстрировала следы долгой носки.
— Миссис Бенедетти… — Джордж сделал многозначительную паузу. — Близкая родственница покойного герцога, моего деда.
Кодовые слова были сразу поняты: «внебрачная дочь». Брейтуэйт с интересом посмотрел на спутницу лорда Нортбрука.
— Для меня большая честь познакомиться с леди.
— Нет, это честь для меня, — отозвалась Кассандра. — Первый клок, который мне удалось урвать после возвращения в Англию.
«Милая, болтливая и чуждая условностей внебрачная дочь герцога, пожалуй, могла такое сказать».
Губы Брейтуэйта изогнулись в улыбке. Лучше того! — рука Джорджа под пальцами Кассандры резко напряглась.
— Ах, какие у вас любопытные родственники, лорд Нортбрук! — произнес пожилой джентльмен.
«Любопытные» совсем не комплимент, да его и не требовалось: было и так ясно, что она вызывает интерес, как неведомая зверюшка, в чем и заключалась основная цель присутствия Кассандры здесь.
— Вы даже не представляете насколько, — отозвался Джордж. — Впрочем, не уверен, что я и сам это представляю.
— Я тоже, — вставила Кассандра, — но после того как семья открыла для меня свои радушные объятия, обязательно выясню.
Она даже физически ощутила, как Джордж закатил глаза. Вот и прекрасно.
— Было бы чудесно, миссис Бенедетти, — сказал Брейтуэйт, — если бы вы оказали мне честь станцевать со мной.
Улыбка на лице Касс застыла. «Станцевать!» Как можно было не предусмотреть ситуацию с танцами? Она, конечно, могла двигать ногами под зудение скрипки в пабе, но танцевать в бальном зале… Все эти витиеватые движения, замысловатые шаги, которым нужно учиться долгие месяцы под руководством профессионального учителя танцев!
— С радостью, — ответила Касс.
Эта вежливая фраза показалось ей забавной, потому что словно подразумевала: «С радостью, но не смогу». В данном случае это была истинная правда.
— Только следующий, Брейтуэйт, — пришел на помощь Джордж. — Леди уже пообещала первый танец мне.
Пожилой господин поклонился в знак согласия, а Кассандра двинулась за Джорджем, который потянул ее поближе к музыкантам.
