В этом деле произошло то же самое. Очень деликатно Кассандра сообщила, что лорду и леди Деверелл примерно два года назад стало понятно, что у них больше не будет детей. У его светлости имелась дочь от первого брака и две дочери от нынешнего, но наследника не было, и, должно быть, он забеспокоился о деньгах, потому что оставлял семью ни с чем.
— А тут целое состояние находилось в недостойных руках преступника, — протянул Анджелес. — Проще было убрать нескольких своих друзей, чем обратиться ко мне с просьбой разделить тонтину, не так ли, Деверелл? Хотя, в конце концов, вы пришли к этой мысли.
— Одна пятая сейчас лучше, чем все целиком в будущем, — завопил Деверелл, но крепкий лакей удержал его в кресле. — Это все, что я признаю: желание разделить эту проклятую тонтину!
Его слова не показались убедительными. Ардмор наклонился вперед, глядя на него ледяными глазами:
— Ты ранил меня! — Произнесенная фраза поразила его самого. — Это ты… Ты ударил меня кинжалом? Ты?
— А еще вашего сына, — заметил Джордж.
— Всего лишь стрелой, — отмахнулся Ардмор.
— Ваша светлость, вам нанесла удар кинжалом леди Деверелл, — сказала Кассандра герцогу. — Если она могла лазить по перголе в собственном доме, то точно так же смогла бы вскарабкаться по стене постоялого двора и пролезть в узкое окно.
Теперь ноздри у герцога затрепетали, и он стал похож на одного из своих псов — ощетинившийся, рычавший.
— Ты отправил свою жену, чтобы убила меня?
Деверелл вжался в кресло и теперь воспользовался молчаливым лакеем как прикрытием.
— Нет! Никогда! Я был в ужасе, услышав, что ты при смерти.
— Я думаю, — продолжила Кассандра, — что ему это было нужно, чтобы заставить вас осознать опасность, связанную с тонтиной. Он нуждался в вас, потому что хотел разделить ее. Для этого потребовались неудачные покушения на вас и вашего сына, а также на себя самого.
— И я, — заговорил Джерри своим сухим, тихим голоском. — Я должен был согласиться. И Кавендер. И Брейтуэйт.
Кассандра мрачно посмотрела на него:
— Мне жаль, сэр, что приходится сказать то, что я думаю. Вы могли бы скоро серьезно пострадать, например, при падении, если бы не согласились. Все это восприняли бы как несчастный случай.
— Это вписывалось бы в схему, — задумчиво произнес Джордж. — В первую схему, изначальную.
Кассандра утвердительно кивнула:
— Любой, кто бы не согласился, был… Не знаю, как это выразить.
— Не нужно проявлять деликатность, — отрезал Брейтуэйт. Было странно видеть его квадратное лицо без обычного шутливого выражения. — Они бы убили нас. Человек, которого мы знали с детства… Он со своей женой мог убить нас из-за денег.
— Они же просто люди, — заговорил Дженкс. — Многие так часто поступают, пусть это и неправильно.
Огастас Фокс откашлялся:
— Я не вижу доказательств. Тут ничего, кроме совпадений, вероятностей и умозаключений, нет. Я всему этому верю, но тут нет ничего такого, на что может опираться закон.
Он с трудом поднялся и обратился к Анджелесу:
— Если не возражаете, сэр, я пойду, немного разомну ноги, а вы пока тут разбирайтесь. Когда вернусь, дайте знать, что могу сделать для вас как судья.
Джордж понял: суровый старик дает им шанс покончить с ситуацией, как они посчитают нужным, потому что справедливость и закон не всегда одно и то же. Кроме того, закон мало что может сделать с пэром, даже если его застигли на месте преступления с руками по локоть в крови. Как только слуги у дверей расступились, чтобы дать Фоксу выйти, леди Деверелл вернулась на свое место в круге кресел.
— Никто здесь из нас не представляет закон, — сказал Анджелес. — Официально, я имел в виду. Леди из общества не может быть подвергнута судебному преследованию или заключению в тюрьму. Но неужели нет никакого наказания?
— Семьи жертв могут предъявить иск, — заговорила старая леди Поллард, которая от событий вечера, казалось, уменьшилась. — Я не желаю остаток дней проводить в сражениях с преступниками.
— Возможно, — предположил Брейтуэйт, — долю Деверелла в тонтине стоит разбить и распределить среди семей жертв.
— Это похоже на обозначение цены за жизнь, — запротестовала миссис Нотуирт.
— Так и есть, — сказал Анджелес. — В этом и заключается цель тонтины. Это отвратительный договор. Я советую вам сразу аннулировать его, в особенности потому, что вы заключали его, когда вам было по двадцать лет. У вас не было права подписывать никакие обязывающие контракты. Если бы я промотал эти деньги за прошедшие годы, вы с меня не получили бы ни пенни.
Его улыбка была полна коварства.
— Мне это нравится, — объявил Кавендер. — Разделить деньги поровну и покончить с этим.
— А как насчет долей тех, кто умер? — поинтересовался Джордж.
— Я вам не моральный компас, — сказал Анджелес. — Найдите решение сами.
— А наказание для них? — леди Тисдейл, властная и прямая, ткнула пальцем в сторону лорда и леди Деверелл. — Как много из того, что здесь случилось, мы позволим обсуждать за пределами этой комнаты?
