– Я тоже так думаю, – отозвалась Скарлетт, перелистывая следующую страницу. – Гораздо полезнее волков. – Она бросила холодный взгляд на кузину. – Вообще-то они могут стать кем угодно – по моему желанию. – Теневые змеи стали извиваться и выгибаться – и превратились в трех волков с полыхающими пламенем глазами.
– Похоже, ты изучила новые трюки, – процедила Талвин сквозь стиснутые зубы, не сводя глаз с волков. – Но достаточно ли овладела своей магией, чтобы использовать ее в нужный момент?
– Подойди ближе и узнаешь, – промурлыкала Скарлетт.
– Мой Второй на подходе, – напомнила Талвин, указывая рукой в сторону двойных дверей в конце комнаты. Ударивший в них порыв ветра не дал войти тому, кто находился по ту сторону.
– Талвин, – прорычал с той стороны низкий мужской голос.
– Твое близнецовое пламя? – принюхиваясь, спросила Скарлетт.
– Отнюдь, – ответила Талвин, и ее взгляд сделался жестким. – Тебе нужен портал, чтобы убраться с глаз моих?
– Нет-нет, – протянула Скарлетт. – До скорой встречи, кузина.
С этими словами она шагнула сквозь прореху в ткани мироздания, забрав с собой своих теневых волков.
Войдя в личные покои Сорина в компании кружащихся у ног теневых волков, Скарлетт застала Внутренний двор за препирательствами о том, как вернуться за ней в Белые Залы.
– Прямо не верится, – вздохнула она. – Вы продолжаете беспокоиться обо мне даже после такой эффектной демонстрации силы и магии?
– Волки? Ты серьезно? – протянул явно не впечатленный Сайрус.
Все повернулись к Скарлетт.
– Ты бы предпочел что-нибудь с зубами покрупнее, дорогой?
Пока она говорила, волки слились воедино и превратились в огромного дракона с распростертыми крыльями. В его глазах сверкал лед, из пасти извергалось пламя. Он обвился вокруг Скарлетт, защищая ее. Она погладила его по голове, а дракон положил массивную морду ей на плечо, выдыхая из ноздрей дым. На лице Сайруса появилась безумная ухмылка. Прежде чем кто-либо успел что-то добавить, Сорин приказал своему Внутреннему двору:
– Идите займитесь чем-нибудь.
Не успел он закончить фразу, как Элиза с Сайрусом поспешили к двери, а Рейнер исчез в дыму и пепле.
Сорин повернулся к Скарлетт, и она узнала отражающийся в его глазах голод. Им овладело то же первобытное желание, как и накануне в танцевальном клубе. Теневой дракон рассеялся в воздухе, когда Сорин, медленно окинув взглядом ее тело, пророкотал:
– Похоже, снимать это будет крайне неудобно.
Опустив глаза, Скарлетт поняла, что на ней все еще подаренная Хейзел одежда и, скрестив руки на груди, коротко ответила:
– Этот наряд дала мне Верховная ведьма, когда я появилась у нее на пороге в ночной сорочке.
– Они надевают его для полетов, – пояснил Сорин.
– Полетов?
– Да, – подтвердил он, медленно подкрадываясь к Скарлетт. Обняв ее за талию, он привлек ее к себе. – Прямо сейчас мне недосуг говорить о ведьмах, – объявил он низким голосом.
Пребывая в плену желания, наложившего отпечаток на черты его лица и даже на
Когда Сорин наклонился, чтобы ее поцеловать, она сказала низким знойным голосом:
– Тогда давай поговорим о том, как давно ты узнал, что я – твое треклятое
Сорин отшатнулся, словно она его оттолкнула. Вожделение в его глазах сменилось ужасом. Он провел руками по своим темным волосам и резко выдохнул.
– Я не… Ты сказала, что не хочешь, чтобы Судьбы определяли твое будущее, и то же касается твоего близнецового пламени. Я хотел, чтобы у тебя был выбор.
– Как давно ты узнал? – повторила Скарлетт с плохо сдерживаемой яростью.
– Значит, раз Оракул сказала тебе, что я – твое предназначение, ты тут же приняла это как должное? Раз Оракул сказала тебе, что ты – королева этих земель, ты вдруг смирилась с этим? – парировал он.
Угли в камине затрещали и вспыхнули, когда Сорин дал выход своему кипучему темпераменту.
Ухмыльнувшись, Скарлетт отправила свой теневой огонь плясать среди его пламени. Она старалась не обращать внимания на неожиданный прилив сил оттого, что ее магия соединилась с его – и какое воздействие это оказывало на ее тело.
– Она помогла мне понять, что, если Судьбы и решают что-то, выбор по-прежнему остается за мной. Что если я принимаю что-то, то все равно следую собственному пути. Я определяю, что значит быть королевой в этих землях, а не Судьбы. Я определяю, что значит быть твоим близнецовым пламенем. Даже если бы ты мне сказал, принятие все равно было бы проявлением моей свободной воли. – Она сделала шаг к нему. – Как давно ты узнал?
Сорин пристально смотрел на нее.
– Впервые я задался этим вопросом в ту ночь, когда ты боролась с Нури. Серьезные подозрения закрались в мою душу в дни, что мы провели в моей квартире после посещения пляжа. А окончательно я понял в тот момент, когда ты ушла к Микейлу.
– Ты не думал, что я заслуживаю узнать подобную новость? – пронзительно взвизгнула Скарлетт.
