– Не думаю, что ваша жизнь нуждается в оживлении, мистер Керслейк-Сомерфорд.
– Это разные вещи, миссис Гардейн. Большая часть моей профессиональной деятельности не более волнующая, чем бухгалтерия. Главная ее цель – свести оживление к минимуму.
– Да, мистер Делейни говорил, что опасность находит нас сама.
– Совершенно верно. Опасность ищет лишь тот, кто ведет скучную жизнь.
Лаура старалась не смотреть на Стивена. Скучная жизнь? Что за чушь!
– Уверена, что весьма рискованны занятия политикой.
– Теперь уже нет, – сухо заметил Стивен, догадавшись, что Лаура имеет в виду его. – Никого не обезглавили за противодействие монархии в последние годы.
– Но премьер-министра Персиваля застрелили, – с энтузиазмом заметил гость.
– Его застрелил сумасшедший, – сказал Стивен, – такое может случиться с каждым.
– Не с каждым. Персиваль был убит потому, что стрелявший считал, будто во всех его несчастьях виноват премьер-министр. Так что быть выдающейся фигурой весьма опасно.
Глупо было беспокоиться о Стивене, и все же Лаура встревожилась.
– Вы тоже выдающаяся фигура, мистер Керслейк-Сомерфорд, – сказала она.
– Из-за моих грехов. Пожалуйста, зовите меня «мистер Керслейк», мадам. Меня так называли всю жизнь. Вторая часть имени появилась недавно, когда я стал претендовать на титул герцога.
Принесли ленч, и пока расставляли посуду, разговор прекратился. Как только слуги ушли, гость спросил:
– Итак? Чем могу быть вам полезен?
За ленчем Керслейк непрерывно задавал вопросы. Некоторые подробности Лауре не хотелось рассказывать, но за контрабандиста поручился Николас Делейни, и они нуждались в его помощи.
– Я знал об Азире аль-Фаруке с того момента, как они высадились на берег. Дрю Чидок приплыл с ним из Франции на корабле «Джейн». Теперь, после окончания войны, такие пассажиры встречаются весьма редко, поэтому это вызвало любопытство. Но, – он пожал плечами, – пока человек платит, мы не задаем лишних вопросов. На самом деле теперь легче. Во время войны мы все время опасались шпионов.
– Только аль-Фарук? – спросила Лаура.
– Он и капитан Дайер.
– С ними не было ребенка?
– Об этом я не слышал. А вы полагали, что должен быть ребенок?
Лаура покачала головой.
– Пожалуйста, расскажите все, что знаете о прибывших.
– Несмотря на звание, Дайер не носит форму. Выглядит как инвалид. С палкой может пройти несколько шагов, но Фарук переносил его из лодки в карету, которая стояла у берега.
– А здесь, говорят, нес его на руках на второй этаж, – заметил Стивен.
– Так что это не было временным нездоровьем. Чидок нашел им карету, которая и доставила их сюда. Они за все заплатили. – Керслейк взглянул на Лауру: – А что вы знаете о ребенке?
Лаура переглянулась со Стивеном.
– Он мог прибыть отдельно от них. Мальчик лет девяти.
– Попробую узнать, – сказал Керслейк.
– Могла также прибыть группа мужчин, – добавил Стивен. – Впрочем, нет, Николас обругал бы меня за предположение о том, что все бандиты должны быть мужчинами. Возможно, приехала семья с ребенком.
– Это, конечно, затруднит поиски. Но в данное время года здесь мало приезжих. Думаете, группа приехала официально или на корабле с контрабандистами? Я почти уверен, что ребенок не попал сюда с контрабандистами.
Лаура и Стивен переглянулись.
– Если Фарук и Дайер решили приехать сюда нелегально, то почему не взяли с собой мальчика? – Лаура разволновалась. – Видимо, ребенка вообще не было. Я так ясно представила себе его, что мне трудно расстаться с этой мыслью. Как будто он был пленен, и никто об этом не знал, а я должна была его освободить.
– Я попытаюсь выяснить, миссис Гардейн, – пообещал Керслейк, – могу узнать, есть ли поблизости ребенок, не связанный с местными жителями. В это время года таких детей должно быть не много. Но мне понадобится несколько дней, чтобы все разузнать.
– Благодарю вас. – Стивен взял ее за руку.
– Было бы гораздо лучше, если бы оказалось, что нет ребенка, которому грозит опасность, Лаура. Тогда можно было бы предполагать, что Генри Гардейн и есть капитан Дайер.
Она немного успокоилась.
– Да, конечно. Пленник за запертыми дверями.
– Загадкой остается его десятилетнее отсутствие, – напомнил Стивен. – Как сказал Николас, почему именно сейчас?
– Не знаю. Но если Г.Г. – это действительно Генри Гардейн, он сможет это без труда доказать. И у нас есть его портрет, с которым можно его сравнить. – Лаура повернулась к Керслейку. – У меня есть копия портрета Генри Гардейна. Как вы думаете, мистер Чидок и его люди могли бы, взглянув на рисунок, сказать, похож ли он на капитана Дайера?
Гость неуверенно покачал головой:
– Все происходило ночью, и местных больше всего занимал их багаж. Я могу у них спросить. Но, говоря откровенно, не слишком им доверяю. Вы находитесь рядом с ними, и вам проще взглянуть на него.
– Напрасно вы так думаете, – возразил Стивен. – Для законопослушных граждан это весьма сложно.
Керслейк рассмеялся.
