– Тогда почему же кто-то из вашего народа предпочел обосноваться в Мальгарде?
Рами вздохнул, расцепил руки и шагнул ближе, указывая на юго-восток, в сторону далекого мерцания синего моря.
– Город Казен расположен на побережье – там, где земли Мальгарда граничат с Солеными пустошами, полуостровом щелочных болот и выжженных солнцем равнин. Говорят, что они настолько ослепительны в своем блеске, что отражают саму мудрость богов. Вот почему Казен считается поцелованным небесами и столь славен своими провидцами и пророками.
– И в первую очередь известен как вотчина императорского Оракла, – добавил Канте.
Рами раздраженно кивнул:
– Он и возглавляет этот город, устроившись на великолепной вилле на берегу моря. Оракл – лишь последний в длинной череде предсказателей, восходящей к основанию Клаша. Каждое полнолуние он собирает других провидцев и ведет их торжественной процессией в Мальгард, чтобы вдохнуть тамошних испарений и искупаться в священных источниках. Там они и впадают в транс, который позволяет им пообщаться с богами и вернуться напитанными великой мудростью.
Позади них раздалось насмешливое фырканье.
– Шарлатаны, – твердо заявила Ллира, попыхивая трубкой. – Никчемные людишки. Мошенники и жулье почище любого вора.
Легкий кивок Рами подтвердил эту оценку. Канте знал, как сильно принца и его сестру возмущало влияние Оракла на их отца.
Привлеченные разговором, к ним подошли Фрелль и Пратик, а за ними и Аалийя со своим караульным.
Фрелль уставился на полоску сияющего моря вдалеке.
– Не стоит так поспешно отвергать казенских Ораклов. В своих исследованиях пророчеств я читал об их почитаемом таланте. Я перешерстил тысячи их предсказаний, уходящих своими корнями в далекие тысячелетия. Время доказало, что подавляющее большинство их пророчеств оказались сверхъестественно точными. Многие из них настолько подробны, что не поддаются никакому объяснению.
– Если только до них и вправду не дотронулись боги, – добавил Пратик.
Аалийя закатила глаза:
– Скорее, все они просто тронутые.
Фрелль лишь отмахнулся:
– При других обстоятельствах я и сам был бы не прочь проконсультироваться с Ораклом касательно пророчества, которое угрожает всему нашему миру – и насчет Вик дайр Ра, – но спешим мы туда вовсе не за этим.
– А за тем таинственным Спящим, – сказал Канте.
Фрелль повернулся к Сёкл:
– Можешь прикинуть, когда мы наконец достигнем цели – места, которое я отметил на карте твоего корабля?
Сёкл подалась вперед и устремила взгляд куда-то на север, порядком в сторону Казена.
– Где-то через колокол. Может, и позже. Нам предстоит бороться с сильными встречными ветрами.
Фрелль заломил руки, явно встревоженный. Они были совсем близки к тому, чтобы при удаче обнаружить еще один бронзовый артефакт. На лице алхимика отразилась тревога. Вопросы, промелькнувшие у него в глазах, было легко прочесть. «Этот Спящий все еще там? Сумеем ли мы разбудить его? Согласится ли он помочь нам? И, что самое главное, хватит ли у него знаний, чтобы заполнить пробелы в расколотой памяти Шийи?»
Канте добавил к ним и своих собственных тревог, искоса поглядывая на Рами с Аалийей. «Даже если мы добьемся успеха, что тогда? Учитывая, что за нами охотится весь Клаш, будет ли нам толк от такого открытия? Куда мы денемся без поддержки империи?»
Это была одна из многих причин, по которым он согласился жениться на Аалийе, едва только оказавшись в Южном Клаше. Они нуждались в содействии и покровительстве империи, чтобы получить возможность воспользоваться любым сделанным здесь открытием.
Рами хмуро посмотрел на него. Хотя благородное негодование, так и исходящее от клашанского принца, в основном рассеялось, эти двое были по-прежнему далеки от прежней дружбы. И любой шанс вернуть доверие и добрую волю империи был еще менее вероятен.
Над собравшимися воцарилось тяжелое молчание. «Квисл» дрожал, преодолевая встречный ветер. Раскинутые крылья его время от времени сильно встряхивались, раскачивая корабль, когда он пересекал горячие восходящие потоки. Тем не менее они неуклонно продвигались вперед. Пройденные лиги медленно сменяли друг друга. Глухой стук сердца Канте отмечал напряженное течение времени.
По мере продвижения на север местность внизу становилась все более негостеприимной. Огромный гейзер вдруг выстрелил струей пара прямо перед большим окном, заставив всех отшатнуться назад. Кипящая вода забрызгала стекло, забарабанила по летучему пузырю и по палубе над головой.
Сёкл за штурвалом сохраняла спокойствие.
– Давайте-ка заберемся повыше, – резко приказала она своей команде, после чего перевела взгляд на группу Канте: – Будьте настороже. Земли впереди становятся все более вспыльчивыми и капризными.
Канте поднялся на ноги, с удивлением обнаружив у себя на плече руку Рами – бывший друг успел подхватить его. Они вместе вернулись к окну. Канте понял, что оценка Сёкл была даже слишком уж добросердечной.
