Даал кивнул и опять взялся за поводья, чтобы подтянуть Неффу и Маттиса ближе. Он извинился перед ними, бросив им несколько пригоршней мелкой рыбы и пару угрей из садка со льдом. Орксо довольно зафыркали, выдыхая струйки пара через сдвоенные ноздри, взмахивая плавниками-крыльями и сталкиваясь рогами, словно два игривых рыцаря, выплескивающих нервную энергию.
К этому времени Шийя уже взобралась на прибрежный валун размером с дом Даала. Очерченная светом звезд, она смотрела вдаль, на раскинувшуюся перед ними огненную Пасть. Все тоже полезли на валун, цепляясь друг за друга, чтобы присоединиться к ней.
Камень под ладонями Никс был неприятно горячим на ощупь. Грейлин помог ей подняться повыше. Вместе они подошли к Шийе и встали по обе стороны от бронзовой фигуры. И в этот момент Никс захотелось отпрянуть назад, как будто это помогло бы скрыться от того вида, что открылся вдали.
– Нам повезло, что мы вовремя выбрались из реки, – пробормотал Джейс.
Викас повернулась к Даалу, прижав два пальца к подбородку и опустив их вниз в знак благодарности за его мастерство – за то, что уберег их от опасности впереди.
Никс согласилась с ними обоими.
Где-то через пол-лиги река впадала в большое черное озеро. Но его поверхность не была безмятежно перемешивающейся гладью позади них. Огромная чаша безостановочно вращалась, закручиваясь огромной угрожающей спиралью и глухим рычанием выдавая свою опасность. Из ее центра в небо поднимался вихрь парового тумана, похожий на водоворот самого озера.
Никс заметила там, внизу, плавающую в нем ледяную глыбу. Она сияла в лунном свете, словно бриллиант, погруженный в эту черную воду. Глыба несколько раз развернулась, все быстрей и быстрей огибая свирепо крутящуюся воронку в центре, а затем бесследно исчезла в ее глубине.
– Если это Пасть, – сказал Джейс, – то я думаю, что мы видим перед собой ее Глотку.
Никс все пыталась проникнуть взглядом за пределы этого прожорливого чудища, зная, что это не тот зверь, по душу которого явилась сюда.
Она бросила взгляд за озеро. Расходящиеся от Пасти трещины уходили куда-то в бесконечность. Некоторые были погружены в темноту, другие залиты лунным светом. Большинство из них красновато светились от жара расплавленной магмы под ними.
Все это выглядело совершенно бесплодным и безжизненным.
Однако когда глаза у нее привыкли к полутьме, Никс заметила какие-то скелетоподобные наросты, сплошь из одних лишь ветвей и стеблей, – бледно-белые, словно призраки давно умерших деревьев. Она не знала, были ли они действительно живыми или же представляли собой просто какие-то причудливые минеральные отложения. Некоторые скалы мягко сияли в темноте, покрытые светящимися лишайниками или плесенью.
За ревом закручивающегося смертоносной воронкой омута слышался лишь вой сильного ветра и глухое ворчание земли. В остальном же Пасть хранила молчание, отказываясь раскрывать свои тайны.
Никс озвучила самую большую из них:
– Где же все рааш’ке?
Все реки до единой берут начало в истоках, упрятанных в верховьях. Сие же верно и для пророчеств. Любое предсказание будущего всегда основано на уроках прошлого.
Врит быстро спускался по лестнице в военный зал королевства. Это огромное гулкое помещение, располагающееся в четырех уровнях под замком, больше походило на склеп, чем на зал для совещаний. На каждом уровне он миновал часовых, вооруженных до зубов. Никто не пытался остановить его, лишь отшатываясь от его развевающейся серой рясы.
Вызвали Врита туда совсем недавно. До рассвета оставалась еще пара часов, но он все равно всю ночь не спал. Исповедник сомневался, что смог бы заснуть, даже если б попытался, – и не только из-за бодрящих эликсиров, которые регулярно пил, чтобы оставаться настороже.
Несмотря на ранний вызов, он так и рвался в бой. Прямо перед тем, как король призвал его к себе, Врит стоял плечом к плечу с Исповедником Кересом в самом сердце великого инструмента Ифлеленов. Вместе они приняли целую серию сообщений от Скеррена. Ранее этой ночью Скеррен отправил два своих быстроходника в огромную трещину в Ледяном Щите. Те жестоко разбомбили деревню и захватили вражеский корабль. К тому времени, когда Вриту пришлось уйти, силы Скеррена по-прежнему удерживали занятые позиции вдоль берега этого скрытого моря.
