Ледяная колыбель полностью

– Задействуй своих братьев. Они знают, что надо сделать.

Мужчина опять поклонился и быстро удалился выполнять полученный приказ.

Принц окинул взглядом палубу, на которой кипела работа по подготовке к первому торжественному запуску «Гиперия» в небо и предстоящей славной миссии. Теперь, когда его отстранили от командования, успех или неудача этого предприятия Микейна уже нисколько не заботили.

«Прежде чем этот день закончится, я одержу свою собственную победу».

Врит потерпел сокрушительное поражение, и это жгло его всю дорогу до подземного нутра Цитадели Исповедников. Он уже давно пытался выбить себе пропуск на борт «Гиперия». Не только для того, чтобы оказаться поближе к принцу Микейну – в том, что почти наверняка окажется еще одной тщетной попыткой оживить связь между ними, – но и поскольку это был первый боевой вылет флагмана королевства, Врит просто был обязан при этом присутствовать.

Отсутствие кого-то из Ифлеленов – или любого из Исповедников – подрывало авторитет их ордена. Оно было бы замечено многими, и подобное пренебрежение наверняка восприняли бы как впадение в немилость – чем это на самом деле и было. Врит даже не потрудился подкатить с этим вопросом к Микейну или его комнатным собачкам с малиновыми мордочками. Но и король Торант, и военачальник Реддак недвусмысленно попросили его подвинуться в сторонку. После того как Врит не сумел обуздать Микейна во время его последней вылазки, он был наказан.

Злой и взвинченный, Врит ворвался во внутреннее святилище Ифлеленов, нуждаясь в небольшой передышке, чтобы восстановить самообладание. Он уже прикидывал, как отполировать это оскорбление мерами по сохранению лица. И едва оказался внутри, как громкий крик заставил его споткнуться – еще одно указание на то, в насколько растрепанных чувствах он пребывал.

– Что, Феник наконец-то нашел тебя? – окликнул его Керес.

Врит глубоко вздохнул и обратился через обсидиановый купол к сердцу великого инструмента Ифлеленов:

– Ты вообще о чем, Керес? Я не видел Феника.

Керес крикнул в ответ, не поднимая глаз и сосредоточенно над чем-то трудясь:

– Еще одно сообщение от Скеррена! Они все еще продолжают поступать.

Сердце у Врита забилось сильнее, переполненное надеждой, что этот день еще можно спасти. Если б он смог донести до короля весть о возвращении бронзового артефакта, то засиял бы в его глазах гораздо ярче, чем любая победа в Южном Клаше. В последнем сообщении от Скеррена говорилось, что его войска по-прежнему осаждают то скрытое море.

Затаив дыхание в предвкушении новостей, Врит устремился в недра инструмента, то пролезая боком, то низко пригибая голову, преследуемый шипящими вздохами мехов четырех кровожитниц. Наконец добравшись до Кереса, навис у него над плечом и впился взглядом в засветку, обозначающую боевую баржу Скеррена. Красная точка продолжала безостановочно мигать – на первый взгляд совершенно беспорядочно, но на самом деле в соответствии со сложным обусловленным кодом. Керес старательно записывал последовательности этих миганий, пока точка не засветилась ровным негаснущим светом, показывая, что передача закончилась.

В ожидании расшифровки принятого сообщения Врит засунул руки в широкие рукава своей рясы и схватил себя за локти, крепко сжав их. Попытался отогнать от себя тревогу и возбуждение, но напрасно.

– Что там говорится? – наконец не выдержал он, поскольку мрачное выражение лица Кереса не предвещало ничего хорошего.

Не отрываясь от работы, тот объяснил:

– Скеррен потерял оба быстроходника.

– Что?!

– И почти все силы, которые он отправил вниз, в это парящее море.

– Как такое возможно?

Керес прервал свою работу, чтобы повернуться к нему:

– На боевую баржу вернулся только военачальник Грисс с последними из своих людей. Он едва спасся.

– От чего?

– Я расшифровал это дважды, хотя в этом нет никакого смысла.

– Так от чего? – надавил на него Врит.

– От летучих мышей! Ледяных летучих мышей. Они напали и на его людей, и на деревню. Там были хаос и резня.

Врит покачал головой, не в силах поверить в заявление Скеррена. Это казалось чем-то фантастическим. Тем не менее все это не имело значения.

– А как насчет бронзового артефакта? Он так и не определил его местонахождение?

– Мне нужно еще немного времени, чтобы закончить расшифровку остального.

Врит опять принялся расхаживать взад-вперед, еще более нетерпеливый и встревоженный. При виде бронзового бюста, который мягко светился, погрузившись в мирную дрему, ему захотелось вырвать его из сердца инструмента и швырнуть через весь зал.

Керес наконец прокашлялся – глаза у него расширились, сияя надеждой.

– Артефакт не потерян! Он говорит, что из тумана вынырнул быстроходник, объятый пламенем, и умчался на запад. Это были наши враги.

– Они снова в бегах?

– Скеррен не говорит, но они, скорей всего, наконец-то починили свой корабль настолько, чтобы спастись от летучих мышей и сбежать. Может, как раз эти адские создания и согнали их с места.

– А что Скеррен?

– Он отправился в погоню. Следует сейчас за ними на почтительном расстоянии, стараясь как можно дольше скрывать свое присутствие.