— Чушью? — в глазах собеседника появился нездоровый блеск. — На пришедших в город волхвов тоже по первости все таращились. Их предсказанию никто не поверил. А потом оно сбылось и «Плеть» пустила жреца в Морозный совет. Может, это тебе чуйку напрочь отшибло? Говорю же, творится что-то неладное.
— Эй, деревянные! — донёсся крик позади. — Нас подождать не хотите⁈
— Сраные вояки… — процедил Кеннет. — Скорее бы Ревущую изловить. Пусть валят обратно в свои караулы и вылазки, — он нехотя остановился.
Йордурфрид же подошёл к краю обрыва:
— Давай сбросим их. Скажем, сами свалились.
— С радостью бы. Да новых приставят… — поправив висевший на плече лук, Кеннет посмотрел вперёд, на одинокую сосну, ствол которой хранил потёртости от цепи. — Ещё пару таких деньков, и я сам вздёрнусь…
Опираясь на копья, пехотинцы добрели до охотников, и те вновь зашагали вдоль ущелья.
— А вы что думаете, звероловы? — вдруг кинул один из обладателей лат.
— По поводу? — вяло спросил Йордурфрид.
— Переполох в городе мимо вас прошёл? Ну, как обычно. Забурились в свои сторожки и ни шиша не знаете… Ночью на арене «топоры» окопались.
Кеннет даже оглянулся:
— Что ты несёшь? Откуда им тут взяться?
— Лазутчики, — ответил второй пехотинец. — То ли фалвар спереть хотели, то ли диверсию учинить.
— И? — полюбопытствовал Йордурфрид. — Живьём кого взяли? Посмотрел бы я, как «Смеющийся топор» станет ржать в морду лосю…
— На Круговой сегодня небывалое столпотворение, но никто не знает, чем дело кончилось. Ворота арены авангард сторожит. Сам видел. Только эти языками трепать не любят. Гордые чересчур.
— Хвосты распушили, а зады подтереть забыли? Знаем мы таких, знаем… — ухмыльнулся Кеннет. — Надо вечером в город наведаться. Поглазеть, как «топоров» по клетке размажут.
— Сегодня там планировался забег с распоротыми ступнями. Не зря же наши выловили троих из «Стаи». Под конец обещали «породнить» их с волками, но, думаю, этим не ограничится.
— Здорово… О, гляди, Йор. На ловца и зверь бежит, — охотник присел у цепочки припорошённых следов, огромных, будто бы медвежьих, однако дополненных отпечатком человеческой пятки. — Ревущая… Недавно здесь проходила… — он устремил взор в белёсый от инея лес, что стоял на ближайшем увале. — Нам туда…
— Может, кликнем остальных? — неуверенно предложил Йордурфрид. — Я захватил дымовую стрелу.
— Не боись, деревянный, — хлопнул того по спине пехотинец. — Распнём ваше чудище на раз.
— Ещё так сделаешь, — живо обернулся охотник, — и я затолкаю тебе стрелу в зад. По самое оперение.
— Точно? А силёнок-то хватит?
— Хватит, — угрожающе поднялся Кеннет. — Проверить хочешь? — в его руке блестел нож.
— Этим ты зайцев пугать будешь… — маска с оскалом насытила фразу дерзостью, а латная перчатка воткнула копьё в сугроб. — Как думаешь, Ардрог, за сколько ударов я выбью ему все зубы?
В лесу раздался не то рёв, не то вой, и желание выяснять отношения мигом испарилось — четыре напряжённых взгляда блуждали между заснеженными деревьями.
— Совсем близко… — тихо сказал Йордурфрид. — Может, ну её, награду? Завалим, и всё. Что-нибудь да перепадёт.
— За дохлого зверя никто фалвара не отольёт, — сунув нож за пояс, Кеннет стянул с плеча лук и наложил на него стрелу, остриё которой был вымазано в жёлтой отраве. — Давайте за нами, вояки. Только, заклинаю Мархантором, не перестарайтесь.
— Сами маху не дайте… — пехотинец вырвал копьё из снега и вместе с напарником последовал за охотниками.
Оставив ущелье с беспокойным ветром позади, отряд молча взошёл по склону и втиснулся в ельник. Местность почти не просматривалась. Заиндевевшие деревья с белыми шапками на ветвях. Засилье сугробов. И редкие, похожие на перхоть, снежинки. Однообразный лабиринт, где всё неминуемо сливалось.
Вереница крупных следов служила ориентиром, но полагаться лишь на них было нельзя: зверь мог сделать петлю и караулить в засаде — пока охотники бдительно высматривали цель, воины охраняли фланги и тыл.
Пушистая целина позволяла красться бесшумно. Шаг за шагом. Избегая белёсую хвою. Ведь малейший хруст или шлепок снежного кома — и всё, можно пополнить ряды без вести пропавших. Это понимали и пехотинцы, плавность движений которых приятно удивляла охотников.
Наконец за елями мелькнула прогалина. Несколько осторожных шагов — взору открылась крохотная полянка. Следы доходили до её середины и… обрывались. Кеннет озадаченно посмотрел на Йордурфрида, а тот — на серо-голубое небо.
— Чтоб я шишкой подавился… — прошептал охотник и опустил лук. — Судя по глубине следов, Ревущая весит… ну как пара-тройка лосей точно. — Я поверю ещё, что такую махину отрава не сразу возьмёт, но это…
— Может, скакнул куда?.. — тихо предположил Ардрог.
— Корягу мне в печень, лучше и дальше молчи… — проворчал охотник, а затем направился к центру поляны. — Скакнул… Ага… Расскажи мне, Кеннету Скалозубу, у которого на груди ожерелье из медвежьих клыков, на что ещё способны бер… Йож!!! — обе ноги неожиданно провалились в пустоту.
