– Мы с леди Ди просто друзья, Ваше Высочество! – поспешно пояснил соляриец. Сейчас-то, как говорится, «король развлекается», а как все сложится потом – непонятно, уж лучше заранее избежать недоразумений. Скай как-то нехорошо заскрипел зубами, видимо, без труда прочитав по лицу Санни смысл такого пояснения. – И ничего я не устраивал нарочно! Я вообще не понимаю, что вы имеете в виду!
– По всей видимости, прекрасный принц сам еще точно не определился, из-за подружки решил поскандалить или из-за невесты! – охотно подсказала Айсольда. – Хотя, когда речь о тебе, все можно успешно совместить, в чем-нибудь да окажешься виноват…
– Клевета! – буквально в один голос рявкнули юноши, заставив ведьму поперхнуться хихиканьем. Опасливо подождав, не намеревается ли Скай еще что-нибудь добавить, Санстар зачем-то пояснил:
– Я ни с одной из них в жизни бы не связался! Леди Ди обязывает к чересчур серьезным намерениям, я, конечно, чином не вышел, чтобы меня имело место к стенке припирать, но… мало ли. Я слишком молод и красив для серьезных отношений! А кто-то вроде Блум мог бы заинтересовать меня только от сильной скуки на безрыбье, все, что Диаспро о ней говорила, оказалось чушью!
Последнее утверждение невольно заставило принца проглотить уже готовый сорваться безапелляционный протест – весело было бы, если бы он и на это начал бурно возражать. При том, что даже не знал, наверное, что именно говорила леди Ди… А интересно, ему что, больше понравилось бы услышать, будто Санни все-таки имеет на рыженькую милашку какие-то виды? Наверняка же взбесился бы еще хуже! С трудом выровняв дыхание, Скай автоматически потянулся к рукояти светового меча на поясе. Лица Айси, стоя за ее спиной, соляриец видеть не мог, но мог поклясться, что ведьмочка понимающе улыбнулась. Стилет-сосулька в ее ладони разросся до размеров средней рапиры.
– Прекрати прятаться за… м-м… леди, самодовольное ничтожество! – сурово потребовал эраклионский наследничек, меч, однако, активировать помедлил. – Есть в тебе хоть капля чести?
– Причем тут – леди? Я убежденный феминист! – поспешно откликнулся Санстар. У Айсольды совершенно точно было больше возможностей что-то противопоставить Скаю в вероятной стычке, ну и причем тут, позвольте спросить, половая принадлежность?
– И это говорит человек, без свиты и возможности спрятаться ни за чьи мини-юбки, рискующий нападать только на заведомо беззащитного бабского угодника?! – патетично переспросила юная колдунья. Кажется, это «м-м» ей не слишком-то пришлось по душе. – Что-то раньше тебя такие мелочи не смущали!
Хм, кто это «заведомо беззащитный бабский угодник»? И почему, в конце концов, «бабский»-то?! Существуют же синонимичные эпитеты, звучащие более изящно… Но в данный момент спорить с ведьмочкой было бы крайне неблагоразумно.
Его Высочество какое-то время прожигал то Айси, то Санни негодующим взглядом, однако рука, замершая на полпути к дезактивированному мечу, не сдвинулась больше ни на миллиметр.
– Лучше уж прямо признайся, что трусишь связываться со мной один на один!
Скай еще сильнее сжал челюсти, словно вознамерился проживать собственные зубы, и… резко расслабившись, уронил руки.
– И не рассчитывай, ведьма! – старательно отводя глаза, отрубил он. – Если перемирие и будет нарушено, то уж точно не по моей вине!
По-военному развернувшись, принц зашагал прочь. Держался он так неестественно прямо, что кому угодно легко было понять – проглотить обвинение в трусости стоило огромных моральных усилий. Досадливо вздохнув, Айсольда швырнула сосульку-рапиру на тротуар – та брызнула фонтаном острых осколков.
Теперь Санстар мог видеть точеное личико юной колдуньи, воочию пронаблюдав, как гаснут в холодных глазах маленькие звезды, сменяясь прежней непроницаемостью серебристого равнодушия, как разочарование от обманутого предвкушения прячется под стеклянную маску бесчувственной ясности. Эту девушку не трогали ни подарки, ни осторожные ухаживания, ни попытки доверительных разговоров… что же, пусть и ненадолго, заставило ее пробудиться от этого бездушия? Уж точно не забота о нем в момент опасности – такой наивной надеждой даже Санни не готов был себе польстить. Второе проявление чувств в копилку: сперва то намерение придушить сестренку, теперь вот надежда на уличную драку…
– Простите, я, кажется, проявил себя не лучшим образом! – заискивающе улыбнувшись, признался юноша, когда шаги принца стихли где-то вдалеке.
– Да уж! Не лучшим… Даркарову ж бабушку, он был на грани! Ну, неужели тебе трудно было вякнуть еще какую-нибудь глупость, чтобы разозлить его самую малость сильнее?! Когда заговорила я, он сразу сообразил, что это провокация, но у тебя-то все получалось так натурально! Еще немного – и прекрасный принц сорвался бы! Без приятелей и без феечек я бы его по стенке без труда размазала – даже Око Истины подтвердило бы, что он напал первым и я действовала из самозащиты! Даже это до ума довести не можешь…
