Бросив последний взгляд на Марка, Лета поднялась с кровати и покинула комнату. Снаружи она наткнулась на Логнара, неуверенно топтавшегося у самой двери.
— Я хотел извиниться.
— О, — вырвалось у девушки.
— Нет, правда. Мы попытались — ничего не получилось. Конец. Извини, что сразу не остановился.
Она увидела на его лице что-то похожее на раскаяние и пожала плечами.
«Раз ты сам пришёл, маг…»
— А ты извини, что угрожала тебе, — вынужденно проговорила Лета.
Логнар выдал полуулыбку.
— Ты идёшь на торжество?
— А что?
— Это отвлекло бы тебя от всех тревог.
— Ты не первый человек, который предлагает мне это.
— Затея хорошая, можешь не сомневаться. Эль поможет тебе.
— Возможно, — пробормотала Лета, раздумывая, действительно ли ей стоило идти туда.
В конце концов, плохо ей от этого точно не будет. А Марк… Ну что она могла теперь для него сделать? Только ждать его пробуждения.
Под сводами Зимнего Чертога оказалось тепло и уютно, и эта была та самая крыша над головой, о которой Лета мечтала. Крепость ярла в Хальдарсвене тоже была неплохим вариантом, да и не так много она повидала сооружений подобного рода, чтобы иметь наглость сравнивать их между собой. Но Зимний Чертог её покорил — своими запутанными коридорами, маленькими богатыми комнатами, опиравшимися на Серые горы галереями, невероятной красоты видами за окнами. И пускай он по-прежнему оставался мрачноватым северным замком, далёким от роскоши Васильковой Обители или Дворца Ветров в Китривирии, факт — здесь ей было хорошо. Как в её давно покинутом каменном домике в Суариве.
В комнате, предназначенной Лете, куда она заглянула лишь днём, чтобы покидать вслепую свои вещи и оружие, нашлось зеркало. Девушка долгое время не могла встать перед ним и оценить свой внешний вид на данном этапе жизни, ведь последние месяцы она смотрелась только в отражение на поверхности рек или озёр, которое многого ей не дало. И всё же перед тем, как пойти наверх, в главный чертог, где устроили пир. она должна была поглядеть на себя. Всё остальное убранство комнаты ограничивалось шкафом и высокой кроватью, двумя стульями, а также узким окном, за которым мечтательно поблёскивали огни Сатура. Лета знала, что теперь они горели ярче, и только по одной причине. Этот город был свободным. Но надолго ли?
Опасения по поводу того, что имперцы прибегут на огонёк уже совсем скоро, разделяла не только она. Того же мнения был и Берси, заметивший ещё во время сражения целую кучу удиравших в лес упырей. Границы Ейра были слишком близко, чтобы разрешить себе утратить бдительность. Однако сегодня северян это не волновало. Они намеревались воздать должное этой ночью своим освободителям и погибшим воинам.
Лета вывалила из шкафа всё, что там было, надеясь найти хоть какое-нибудь приличное платье. До неё в этой комнате обитала одна из привилегированных служанок супруги ярла, ходившая за ней повсюду, та, которой она доверяла ключи ото всех комнат в замке. Та, которая укрыла Эйдин и её мать в одном из тайных ходов под замком, за что расплатилась жизнью. Эта служанка была просто обязана иметь в гардеробе выходное платье, сравнявшееся бы по красоте с нарядами знати. Но всё, что Лета находила, было ворохом однотонных сарафанов и нательных сорочек, никак не подходивших для торжественной трапезы в честь победы.
Отчаявшись искать, девушка уселась на сваленные в горку тряпки и заметила, что у неё дрожали руки. Конечно, ни Лиама, ни Конора красивым облачением было не впечатлить, но она понимала, как выглядела в своей истрёпанной и сто раз заштопанной куртке.
«Никак», — мысленно усмехнулась Лета.
И волновать её не должно, в принципе, что они подумают, если она заявится в своём тряпье на пир.
«В принципе». — повторила она, глядя на сарафаны под своими ногами, казавшимися ей в данный миг довольно хорошей идеей.
Ну не могла она выйти туда в своих старых штанах и растянутой рубахе, которая, ко всему прочему, сушилась на окне, выстиранная совсем недавно. Не могла показаться им на глаза в таком виде. От того и волновалась до предательской дрожи в руках.
В дверь постучали. Лета дёрнулась и скатилась с горки одежды, распластавшись на полу дохлой птицей. Первой мыслью было остаться там и не открывать, но, когда стук повторился, Лета со вздохом поднялась, прошла до двери и распахнула её.
Перед ней неожиданно стоял Валентайн.
— Я слышал, что случилось с твоим другом-волколаком, — проговорил он, оглядывая её быстрым взором тёмно-красных зрачков. — Надеюсь, что он поправится.
— Ия, — озадаченно ответила Лета.
— Идёшь наверх?
— Честно говоря, я… — Она проглотила ком в горле. — Я думала, но…
Вампир глянул через её плечо на кучу тряпья возле шкафа.
— Имеешь особую проблему, — догадался он и улыбнулся. — Ну что же, у Марны никогда не бывало ничего красивого. Ей не позволяли.
— Ты знал её?
— Видел всего один раз. Но этого оказалось достаточно. Она была прелестна, — Валентайн чуть помедлил. — И храбра, как оказалось.
Лета кивнула, зная, что не каждая служанка могла обладать такой преданностью, чтобы отдать жизнь за свою госпожу.
