– Надеюсь, это скатерть-самобранка, – невесело пошутил Шестипалый. – Хотя стелить все равно негде.
– Это же подарок от домового! – вспомнила Маша. – Он делает дорогу: где брошу платок – там дорога, проеду – дорога исчезнет.
– Радуге дорога не нужна. – Рысарь погладил по шее свою лошадь. Маша только сейчас угадала, что это кобыла.
– А колобку? – придумала девочка. – Надо найти камень, чтобы мост с берега на него перекинуть. Колобок погонится за нами и останется на камне – кругом граница из соленой воды!
– Нет смысла – мост рухнет, только когда ты по нему пройдешь или проедешь. Вот если бы ты про платочек раньше вспомнила, до того, как мы на воду въехали. А сейчас как выберемся?
– Я сдаюсь, – пробормотала девочка.
– А вот этого делать не смей, – строго сказал рысарь. – Недостойно. Нет чести. Ты лучше помолчи минутку, я что-нибудь придумаю.
Некоторое время Маша только слышала плеск волн да стенания колобка на берегу. Потом рысарь сказал со вздохом:
– Делать нечего, будь по-твоему. Готовь платочек. Когда скажу, бросишь его на землю, а до тех пор держись покрепче.
Радуга понеслась к берегу, ей наперерез метнулся колобок, но у края воды рысарь остановил лошадь. Колобок попытался дотянуться до нее грязными щупальцами. Однако лошадь отступила за нависающую над морем небольшую скалу. Колобок покрутился на месте да и запрыгнул на скалу, видимо, решив рухнуть на всадников сверху. В этот момент Радуга рванулась вперед, мимо скалы, и поскакала по берегу. С ревом чудовище ринулось за ними.
– На счет три! – крикнул рысарь Маше. Та вытянула руку с платком домового.
– Раз!
Копыта дробно стучали по дороге, мелкие камешки брызгали в стороны.
– Два!
Дробь перешла в плеск, Радуга немного сбилась с ритма, колобок заухал сзади, как филин.
– Три! Бросай!
Лошадь скакнула в сторону. Платок спланировал на поверхность воды. От берега до небольшого черного камня появился мост – деревянный, широкий, с резными перилами. Копыта Радуги глухо стучали по нему. Колобок щелкал зубами за спиной, по чистым струганым доскам потянулся липкий след…
– Только держись, только держись, – рука с шестью пальцами подхватила сползающую на бок Машу.
Камень. Глухой удар копыт о доски – звонкий дробный цокот о камень.
– Скачи дальше, дальше!
Радуга взмыла в воздух, поскакала по поверхности моря, заржала, словно обрадовавшись тому, что ей снова позволено не сбивать ноги о землю, бежать по воздуху.
Колобок бесновался на черном камне, со всех сторон окруженный водой. Мост пропал, как будто его и не было.
– Здесь не бывает отлива? – с тревогой спросила Маша.
– Камень все равно остается в воде, – успокоил ее Шестипалый.
– Мамка-лепуха, – жалобно позвал ее колобок, спрятав на время сотню жадных ртов с треугольными зубами. В бледно-розовых лучах рассветного солнца он казался гладким и совсем не страшным.
– Пугай рыбу, грязь! – ответила девочка, и ее передернуло от отвращения.
Через час, передохнув, Маша и Шестипалый верхом на Радуге уже скакали по дороге к замку Морского ветра.
– В сказках, про которые я тебе давеча говорил, колобков всегда хитростью побеждали, – объяснял девочке рысарь. – И мучных, и травяных, и песочных. Уж больно они просты, круглы, не ухватишься, никак не сладишь, вывернутся. А хитрости не понимают…
Маша слушала вполуха, на душе у нее было легко, как бывает, когда случается то, о чем и не мечталось. Не шел за ней по пятам колобок. Скоро она будет в замке. Найдет ледяного рыцаря. Спасет его и вернется домой.
О том, как ей спасти ледяного рыцаря, девочка сейчас предпочитала не думать, чтобы не портить себе настроение.
Солнечный свет разливался по небу. Все выше поднималось дневное светило. Маша уже не чувствовала собственных ног, она прижалась щекой к груди рысаря, чтобы не упасть, обхватила слабой рукой его за шею.
– Держись, держись, венцесса! Я уже вижу замок.
Маша открыла глаза. Впереди, на скалистом берегу моря, возвышался белокаменный замок со стройными башнями. Он совсем не походил на Громовую груду. Маша прислушалась. Ей вдруг показалось, что высокие башни замка пели под утренним ветром… Солнце отражалось в витражных окнах…
– Что это за музыка? – спросила Маша у рысаря.
– Так башни построены – когда дует ветер, они поют, – ответил ей Шестипалый. – Потому его и назвали – замок Морского ветра.
– Странно, в первый раз вижу в окнах стекла.
– Так на Теплом берегу не бывает сражений, стекла бить некому. Сюда приезжают для лечения, для свадеб, для оздоровления детей, а кто-то просто отдохнуть от бесконечных войн. Нет чести захватывать замок в отсутствие хозяина. Многие этим пользуются, особенно вдовы.
