На первом же совещании с участием всех игроков сборной Сыч огласил установленные Спорткомитетом нормы поощрений. За каждый победный матч, посулил он, шестеро лучших хоккеистов из числа тех, кто выйдет на лед, получат по пятьсот долларов каждый (остальные, естественно, меньше). За ничью игрокам первой шестерки было обещано по триста долларов и так далее, по нисходящей, ну а если, мол, проиграете, то извините… Больше всего меня поразило, сколь сдержанно Сыч и Рогульский призвали не посрамить Родину, показать силу и мощь советского спорта. И уж тем более не прозвучало в их устах ни единого бранного слова в адрес соперников.
Ну, возразят все те же циники и лицемеры, то – в официальной обстановке, зато небось… Да, был один случай в той поездке, когда у Кулагина вырвалась-таки фраза с политическим подтекстом.
После неудачного начала Суперсерии-74 мы полетели в Виннипег. Кулагин, как обычно, внешне невозмутим, но ему, понятное дело, тоска сердце гложет. Усадил меня рядом с собой, просит с присущей ему грубоватой иронией:
– Почитай, что там местные писаки клевещут.
– Все читать, Борис Павлович? Здешние журналисты привержены британским традициям, любят язвить.
– Читай, читай!
Начали с таблоида «Торонто сан», в подобие которого впоследствии выродились многие некогда респектабельные наши газеты (та же обнаженка в каждом номере, те же популизм и развязный язык). С непривычки, приехав в Канаду, я «Торонто сан» читал с удивлением, о чем и сказал работавшему на парламентской пресс-галерее сотруднику агентства «Канадиан пресс» Карлу Моллинзу по кличке «Карл Маркс» (этим прозвищем коллеги его наградили за левые, по канадским меркам, взгляды и внешнее сходство с великим тезкой: Моллинз тоже носил бороду).
В ответ услышал:
– Зато гранды канадской прессы «Глоб энд мейл» и «Торонто дейли стар» завидуют их тиражам. Будете в Торонто – спуститесь утром в метро, когда простой люд на работу едет. Едва ли не у каждого в руках увидите свежий номер «Сан»: кто разглядывает полуголых девиц, кто читает свежие сплетни, а кто разгадывает кроссворд.
Итак, разворачиваю «Торонто сан», нахожу спортивный раздел, а там – комментарий Джорджа Гросса с логотипом суперсерии.
– Что пишет? – оживился Кулагин.
– Борис Павлович, тут про вас, но даже не знаю, стоит ли переводить.
– Переводи без утайки!
– Воля ваша!
Читаю (дословно не помню, но смысл и авторский стиль сохранил в памяти на всю жизнь): «Тренер русских – вылитый человек-гора. Русские таких выращивают в Сибири специально, чтобы других людей стращать. Вставь Кулагину в глазницу грецкий орех, он, моргнув, расколет его, как Щелкунчик. А живот у Кулагина таких размеров, что на нем во время парада поместится все Политбюро…»
– Вот антисоветчик! – нахмурился Борис Павлович.– Ты мне его, если попадется на глаза, покажи!
Крепко, видно, Джордж Гросс запал в душу Кулагину. Перед пресс-конференциями в Виннипеге и Ванкувере Борис Павлович каждый раз напоминал:
– Дай знать, если этот антисоветчик в зале появится!..
Вечером в канун виннипегского матча Борис Федосов предложил после ужина «погудеть» в нашем номере в компании со вторым тренером сборной Константином Локтевым.
– Кулагина приглашать бесполезно: он не любитель таких посиделок,– пояснил Снеговик.– Зато Костя – мужик свойский, ломаться не cтанет.
И точно: минут через десять после того, как Борис ему позвонил, легендарный напарник столь же легендарных Александрова и Альметова уже стоял на пороге нашего номера. Как воспитанный в русских традициях человек, с собой он принес пол-литровую бутылку «Столичной», а у меня нашелся еще большего калибра сосуд с виски «Canadian Club». На троих, однако, сообразить не удалось: каким-то макаром о нашем сборище проведал собкор ТАСС в Канаде Иван Иванович Миронов. Не прогонять же соотечественника, да еще и ветерана Великой Отечественной!
Для меня Локтев был, как и другие выдающиеся советские спортсмены, настоящим кумиром. К тому же в нашей честной компании я был моложе всех как минимум лет на десять. Поэтому перед Локтевым я поначалу робел. Он, однако, оказался на редкость простым, доступным человеком, и уже вскоре мы с ним общались на правах старых знакомых.
Далеко не каждый выдающийся спортсмен способен стать хорошим тренером. Локтев – стал, да таким, что уже через несколько лет ему доверили тренировать и ЦСКА, и сборную. По блату или в честь былых заслуг таких должностей не получишь. Константин Борисович эту честь заслужил своими трудолюбием и умом. Присущую ему рассудительность я почувствовал с первых минут нашей беседы. Спрашиваю:
– Почему наши хоккеисты уступают канадцам своими габаритами? Наши, как правило, ниже ростом и весят меньше…
