Сергей Романович готовился к решительному разговору с бывшим тестем, мечтал о южном солнце, и тут на его жизненном пути сама собой возникла неприятность. Взяться ей было вроде бы неоткуда, Киселева со всех сторон защищала мощь его бывшего тестя, все структуры, как государственные, так и частные, и сам он ничего предосудительного не делал, грехов за собой не чувствовал, а неприятность все-таки появилась. И в ней даже присутствовала некая таинственность, что уже само по себе будоражило душу Сергея Романовича. Случилось это под конец рабочего дня, когда уставший от безделья Киселев гонял на своем ноутбуке тетрис, примериваясь, как бы поинтереснее убить вечер – то ли отправиться играть в карты к старым приятелям, с которыми играл в преферанс со студенческих лет, то ли пригласить в ресторан начинающую модель Тину, с которой познакомился на недавней презентации в доме ученых. Чему посвящалась презентация, Сергей Романович уже забыл, но вот Тина, явно делавшая ему авансы, из памяти никак не выходила. Единственным препятствием для того, чтобы продолжить знакомство, была лень Киселева. Возраст потихоньку давал о себе знать. Вот если бы эта девчонка прикатила к нему в гости, прямо в его холостяцкую квартиру! Но до этого этапа отношений они еще не дошли, к сожалению. Сергей Романович тщательно обдумал оба варианта и решил остановиться на третьем – то есть, не мудрствуя лукаво, отправиться домой и там спокойно и без приключений и напряга посидеть у телевизора. Эта мысль как-то разом улучшила его настроение. Киселев даже заулыбался. И тут зазвонил телефон.
Незнакомый решительный голос предложил Сергею Романовичу немедленно встретиться в супермаркете на углу.
– Там на первом этаже кафетерий, – объяснил незнакомец. – Там на нас никто не обратит внимания, гарантирую. Заодно и перекусим. Я, например, жрать хочу до невозможности.
– А почему на нас должны обращать внимание? – испуганно спросил Киселев. – И кто вы, собственно такой?
– Это неважно. Важно то, о чем нам с вами нужно переговорить. А переговорить нужно о вашей жене.
– У меня нет жены! – почти с отчаянием воскликнул Киселев. – Вы что-то путаете!
– О вашей бывшей жене – какая разница? – ответил незнакомец. – Вы же все равно связаны с этим семейством, глупо это отрицать. И кстати, сохраните нашу встречу в секрете. Тема уж больно деликатная. Не стоит пока болтать о ней на каждом углу.
– Я ничего не понимаю, – убитым голосом проговорил Сергей Романович. – Я никуда не пойду. Вдруг вы провокатор?
– Если я провокатор, то вам же хуже будет, если не пойдете, – заметил незнакомец. – Прикиньте, что может натворить провокатор, которому известны тайны вашего клана. Ну, так вы придете?
– Приду, – плаксиво сказал Киселев. – А как я вас узнаю?
– Здрасьте! – удивился собеседник. – Я-то вас знаю. Вас в городе каждая собака знает. Приткнитесь за любой свободный столик, а я сам к вам причалю.
– Ну, не знаю, – промямлил Киселев. – Все это так… гм… своеобразно… Может быть, мы встретимся где-нибудь в другом месте? Скажем, у меня в офисе?
– На кой черт мне сдался ваш офис? – удивился собеседник. – Я же не контракт с вами заключать собираюсь. Просто поговорить. Можете вы просто прийти в кафе и поговорить? В общем, жду вас через пятнадцать минут. И не пугайтесь, вам ничто не грозит. По крайней мере, пока.
Он отключил связь, а у Сергея Романовича совсем испортилось настроение. Он даже прикинул, не рассказать ли об этом разговоре Васильчикову, который отвечал в фирме за безопасность, но тут же передумал. Во-первых, ему не нравился циничный, самоуверенный Васильчиков, а во-вторых, не хотелось лишний раз трепать имя бывшей жены. Тема эта была и в самом деле щекотливая, крайне болезненная для многих, а в первую очередь для бывшего тестя. Если опять пойдут разговоры о его дочери, он запросто может психануть, и тогда всем небо с овчинку покажется.
