Князь сидел на троне, а моё место занимал Йорген. Около них был ещё один воин, Роалд. Он пришёл в дружину князя зимой, как я слышала, с севера, и сразу сдружился с моим мужем. Волосы у него были длинные и тёмные, Роалд собирал их на затылке при помощи ремешка. Сейчас он сидел на полу и пил вместе с князем и воеводой. Зиг кивком приказал воинам оставить нас. Йорген и Роалд поклонились мне и ушли, сели за стол рядом с дружиной.
— Здравствуй, господин, — Исак поклонился. — Ты хотел меня видеть?
— Есть разговор, — сказал мой муж. Подтянул меня за юбку и усадил себе на колени. Похлопал по моему трону, кивнув. — Садись, хранитель.
Я удивилась. Небывалая честь для раба — сидеть около хозяина. Что-то Зиг задумал… Он положил руку мне на бедро. Я смутилась. Не любила, когда он показывал власть надо мной перед другими. Но Зига интересовала не я, а раб. Трогать меня так было для него привычкой.
— Ты же знаешь, что я скоро пойду на восток, — заговорил он, качая в другой руке рог с элем. Бьёрн налил эль хранителю и сразу отошёл. Исак кивнул. — Мне нужен человек, который там бывал и знает места. Мне нужен ты. Китти говорила, что ты сведущ в языках. Переговорщик мне тоже нужен.
— Это… большая честь, господин, — удивлённо вздохнул Исак. Мы с ним переглянулись. Я радостно улыбалась. Это значило, что наши уроки продолжатся, и мне будет не так грустно, пока Зиг будет воевать!
— Другого ответа я не ждал, — хмыкнул князь. — Ты заслужил моё доверие, раб, я хочу наградить тебя. Проси, что ты хочешь?
Исак оторопел ещё сильнее. Как и я. Я восторженно схватила мужа за пальцы и сжала в знак благодарности. Зиг улыбался и глядел на раба, склонив голову к плечу.
— Ну, смелее.
— Есть одна просьба, господин, — негромко ответил хранитель. Он сглотнул. — Но, по правде, она самая острая.
— Говори.
— Я хочу быть свободным.
Зиг прекратил улыбаться. Мы трое понимали, что это дорогой подарок. Да и, должно быть, мой муж не хотел, чтобы хранитель покидал нас и возвращался на запад, в свой монастырь. Я хотела, чтобы Исак стал свободным человеком. Мне было жаль его. Я знала, что он натерпелся в рабстве. Жалость была сильнее желания изучать языки и слушать рассказы о путешествиях. Потому я обернулась к мужу и сказала:
— Зиг, любимый, разве этот человек не заслужил свободы? — негромко начала я. Взяла его большие ладони и стала нежно гладить забитые знаками пальцы. Зиг думал. — Исак хороший человек, добрый и знающий. Он добросовестно исполнял обязанности хранителя, научил меня, рассказал про мир столько всего… подари ему свободу, мой лев.
Князь вздохнул и вырвал пальцы из моих рук. Выпил. Потом выругался.
— Я ждал, что ты попросишь золото или девку, а ты… тьфу! Мне надо подумать, — обрубил Зиг. Обернулся и зло зыркнул на меня. Я испуганно съёжилась на его коленях. — А ты не дави на меня, поняла⁈
Я закивала, но в голове крутила мысль, что когда мы останемся наедине, буду уговаривать его самым нежным голосом.
— Я… я устала, любимый, можно пойду? — тихонько пискнула я. Заметила, как из зала за нами наблюдает Йорген. Его общество нравится Зигу больше, чем моё. Мой лев выругался.
— Ты что, обиделась?
— Вовсе нет, — я быстро встала. На самом деле я и правда обиделась. Неужели так трудно дать Исаку свободы? Что за упрямец! Но старалась не выдать своего гнева. Чмокнула злого мужа в щёку. Шепнула в порванное ухо: — Я буду ждать тебя, мой лев.
Зиг повёл бровью. По взгляду поняла, что он уже просчитал меня и знает, что я стану уговаривать его насчёт Исака. Ну и пусть подумает. Подготовиться спорить со мной, потому что я намерена быть стойкой! Может, смилостивится?
— Иди, — махнул рукой князь.
Я мило улыбнулась и пошла прочь. Поманила хранителя за собой. Исак нагнал меня через пару шагов. Тогда я сказала негромко:
— Он почти сдался. Я поговорю с ним позже, когда выпьет и прекратит ерепениться.
— Хранит тебя Господь, госпожа! — улыбнулся Исак. Он вздохнул, качая головой. Мы уже вышли в коридор. — И как тебе хватает смелости спорить с этим Дьяволом?
— Просто я поняла, как верно надо с ним говорить, он всё-таки мой муж.
— Наверное, поэтому мы оба ещё живы, — пошутил хранитель, и мы засмеялись.
В покоях я стала готовиться к разговору. Думала, что скажу, чтобы не давить, но и чтоб сделал, как мне надо. Я обещала Исаку. Я сделаю всё, чтобы он получил освобождение. Грустно, что в хранилище снова станет пусто, но я сделаю человека счастливым. Помогу, как и хотела, и спасу своего друга. Я распускала волосы, сидя за столом в нижней рубашке. Глядела в бронзовое, круглое зеркало, рассматривая своё бледное лицо. Услышала стук в дверь.
Кто это? — поднялась и пошла открывать. Не замечала за Зигом скромности. Вряд ли это он, ещё рано.
Каково же было моё изумление, когда я увидела у дверей Лейлу. Она стояла, заплаканная и встрёпанная, в мятом зелёном платье. На её лице был огромный багровый синяк.
— Боги, что с тобой⁈ — вздохнула я, закрывая рот руками. Забыла, что мы не общались по-человечески несколько седмиц, ссорились и почти дрались. Всё стало неважно. — Кто тебя обидел?
