Это было ужасно стыдно. Я глядела в его глаза, качаясь на нём, и подрагивала от сладких ощущений. Зиг прижимался лицом к моему плечу. Его руки сжимали бёдра, помогая двигаться. Быстрее, резче, грубее. Я старалась угодить, да и сама желала довести себя до истинного удовольствия. Застонала. Кажется, слишком громко. В коридоре послышались шаги, но кто-то прошёл мимо. Мне было всё равно. Я глядела лишь в серые, колючие глаза своего князя, а он пожирал взглядом меня. Будто я и правда была единственным сокровищем, что ему нужно. Что ему дорого.
Интересно, а на Сванхильд он тоже так смотрел? — вдруг подумалось мне.
— Катер-рина!..
Зиг опрокинул меня на постель и забрался сверху, не прекращая близости наших тел. Я охнула. Услышала влажный звук шлепков. Боги, я умру!.. Вцепилась в его плечи, запрокидывая голову, и закричала. Слишком глубоко. Слишком быстро! Слишком!..
— Зи-иг! — завизжала я, вытягиваясь под ним.
Всё закончилось. Зиг целовал мои плечи и щёки. Урчал мне в ухо ласковые слова. Бесстыжий льстец. Только не замолкай!.. Я тяжело дышала, перебирая пальцами по его мускулам на плечах. Оказывается, опять расцарапала его. На меня скалился чёрный рисунок дракона, я оставила поцелуй на морде чудища. Хотела зацеловать его всего. Ощутить солёный вкус его кожи, упиться запахом и впитать его жар.
Боги, да я с ума сошла.
На глаза попалось чучело медведя, висящее над нашей кроватью. Отсюда было видно нижнюю челюсть оскаленной пасти. Казалось, что тварь нависает над нами и сейчас вылезет из стены. Я поёжилась. Зиг прекратил ласковые поцелуи и взглянул на меня.
— Что случилось, моя весна?
— Можно убрать это чудище? Когда я буду спать тут одна, мне будет страшно, — жалобно сказала я. Зиг повёл рыжей бровью.
— Тебе всё можно, драгоценность.
Я решила не откладывать. Сразу встала, выбравшись из горячих объятий мужа, поднялась, встав на подушки, и сняла доску с чучелом со стены. Голова оказалась тяжелее, чем мне думалось. Я охнула. Зиг растянулся на мятых простынях и с ухмылкой наблюдал, как я спрыгнула с кровати и стала искать, куда же мне спрятать это уродище. С глаз долой, фу!
— Знаешь, что? — сказал он, когда я убрала голову медведя в сундук и плотно закрыла крышку. Даже на ключ. Зиг положил руки под голову. — Мне нравится, что ты осмелела. Раньше так тряслась, а теперь, вон, указывать начала!.. Если хочешь, можешь всё тут переделать.
— Переделать?
Я вернулась к постели и села около него, натянув на плечи одеяло. Всё-таки мне казалось постыдным быть голой около него.
— Ты здесь хозяйка. Меня всё равно постоянно нет, а тебе тут жить. Прикажу Оддманду делать всё, что скажешь.
«Меня всё равно постоянно нет».
В глазах встали слёзы. Я бросилась ему на грудь и прижалась.
— Зиг! Я не хочу, чтобы ты уходил!..
Князь погладил мою спину через встрёпанные волосы.
— Не могу остаться, сама знаешь. Я уйду ненадолго, пара седмиц, и снова будем трахаться. Не бойся, сокровище. Это мелкий поход, — рассказал Зиг. Он поднял мою голову и привычно убрал волосы за ушки. Щёлкнул меня по носу. — Когда я пойду на восток, ты поедешь со мной.
— Правда? — всхлипнула я удивлённо. Разве мне не положено сидеть запертой в его усадьбе? Насколько мне было известно, так коротали дни все княгини. — Мне можно будет поехать с тобой?
— Да, моя киска, — Зиг ухмылялся. Его глаза потемнели. — Я сдохну без тебя.
Я смутилась и отвела взгляд. Князь чмокнул меня в ухо и потрепал за мягкое место.
— Ну и как я буду без твоей задницы?
Усмехнулась, снова заливаясь краснотой до самых плеч. Но мне было приятно знать, что я нужна. Что я буду с ним, когда он станет завоёвывать империю. Я буду лечить его раны и верить в него, как никто.
«Князь льстец и хвалит каждую из нас. Ты глупа, если поверила, что высоко взлетела,» — я повела плечами, вспомнив жестокие слова Сванхильд. Что если он правда просто льстит? Как только понесу, так сразу запрёт в клетку и забудет. А я уже начала верить в счастливое будущее.
Верить в любовь.
— Зиг…
— М?
Мы просто валялись в кровати, наслаждаясь друг другом. Я лежала головой на его плече и глядела в дощатый, потемневший от времени потолок. Зиг лениво зевал с рыком, как настоящий горный лев, и водил жёсткими пальцами по моим рёбрам.
— Моя подруга беременна, — рассказала я.
— Рад за неё.
— Нет, ты не понял, — я села, — она носит ребёнка Йоргена.
Зиг вскинулся на локте и уставился на меня так, будто я сказала сущий бред.
— Нихрена себе, вот это новость! Твоя подруга уверена, что его?
— Боги, Зиг, конечно! Она порядочная девушка!
— Порядочные не трахаются с Йоргеном, — проворчал Зиг и поморщился. — Он обалдеет.
— Ты поговоришь с ним? Попроси его сделать первый шаг, — сказала я главное и взяла мужа за руку. Он фыркнул.
— Я? Причём тут я? Вообще-то, твоя подружка сама его избегает. Пусть сама и скажет, раз ей надо.
Я склонилась, умоляюще заглядывая в его глаза. Грудь качнулась. Зиг скользнул туда взглядом, но я поймала его подбородок, возвращая внимание на своё лицо. Погладила пушистую бороду.
— Ей страшно, Зиг. Пусть Йорген придёт к ней сам. Просто направь его, а дальше Беатрис сама разберётся.
